Книга Академия Боли. Я умру вместо принца, страница 70 – Кристина Юраш

Высокий, неестественно прямой мужчина в темно-синем, расшитом серебром мундире стоял посреди коридора восточной башни. Вдоль стен, вытянувшись в струну, замерли двое королевских гвардейцев в тяжелых латных доспехах с гравировкой драконьих чешуек. Их лица были скрыты забралами, но я чувствовала их напряжение. Они стояли так тихо, что, казалось, забыли дышать.

Дверь в покои принца была распахнута настежь.

Внутри, в полумраке, мелькали слуги в серых ливреях, приводя принца в идеальный порядок.

— Его величество желает видеть вас немедленно, ваше высочество, — донесся до меня официальный, слегка дрожащий голос камергера. Он говорил в пространство, не смея повысить голос, но и не решаясь переступить порог без приглашения.

Я замерла, прячась за косяком своей двери.

— По какому поводу? — раздался спокойный, ледяной голос Виериса. Он звучал так буднично, словно речь шла не о приказе императора, а о погоде за окном.

Я услышала тихое, утробное фырканье Белита. Ворон сидел на спинке кресла у окна и лениво перебирал когтями по бархату.

— Его величество был впечатлен вашим выступлением на вчерашнем поединке, — камергер сглотнул, и я почти физически почувствовала, как по его виску стекает капля холодного пота. — Император узнал об уроке… манер, который вы преподали герцогу Вальмору. Его величество желает лично выразить вам свое восхищение и обсудить эту блестящую победу, которой безмерно гордиться. Одолеть в поединке сына одного из генералов — это повод для гордости, ваше высочество!

Несколько слуг заметно вытянулись, опустив глаза в пол. Даже гвардейцы, те, что стояли как изваяния, едва заметно переглянулись, и в их взглядах читался неподдельный ужас.

Похвала императора дорого стоила. Особенно публичная. Особенно если речь шла о наследнике.

В столице шептались, что император не терпит слабости, но еще больше он не терпит тех, кто затмевает его власть. Выступление Виериса, его жестокость и унижение сына генерала — это был не просто студенческий конфликт. Это была демонстрация силы. Император вызывал его на ковер не для того, чтобы погладить по голове.

Я невольно представила Ардена.

Его разбитое лицо.

Размазанную по губам помаду.

Ядовито-алую кляксу на груди, поверх герцогского герба.

И невольно усмехнулась.

Да.

Наверное, об этом сегодня действительно говорит вся Академия. И не только Академия. Боюсь даже представить, что высказал генерал Арден своему сыну за накрашенные губы.

В этот момент в дверях появился сам Виерис.

Глава 74

Черный плащ, тяжелый, словно ночь без звезд. Белые волосы, собранные у затылка черной бархатной лентой. Холодное, безупречное лицо, на котором не было ни единой эмоции. Он вышел в коридор, и температура в узком пространстве мгновенно упала на несколько градусов. Воздух пах озоном, горькими ночными цветами и опасностью.

Он заметил меня сразу. Словно другие присутствующие были для него лишь декорацией к спектаклю.

Его фиалковые глаза, темные и глубокие, словно омуты, скользнули по моему лицу, а затем опустились ниже. На дневник в моих руках.

На мгновение.

Всего на одно, едва уловимое мгновение.

Но я увидела, как его зрачки сузились, превращаясь в тонкие, хищные вертикальные щели. Он не спросил, откуда у меня эта вещь. Он не выглядел удивленным. Он просто увидел потертую синюю обложку, и в его взгляде мелькнуло что-то темное, тяжелое и до боли знакомое.