Книга Одиннадцать огней Азеры, страница 81 – Лина Розен

— Ардали пропала.

Лигелий говорил отстраненно, не позволяя голосу выдать себя. Он оставался безразличным, внимательно наблюдая за собеседником.

— Я слышал, – кивнул Главный. – А еще я слышал, что на пути в Аморию после этого пропал торговец. Странное совпадение. Я думал, еще долго не увижу тебя.

Морской ветер разносил вести почти так же хорошо, как ласточки – письма. Лигелий не был удивлен.

— В Азере пропадают многие, – амориец пожал плечами, смахивая из-под кончиков ногтей белую пыльцу, и вскинул голову. – Не он первый, не он последний.

— Нам стоит ожидать пополнения твоей коллекции?

Лигелий опустил руку, брезгливо дернувшись. Торговец не достоин был стать частью его коллекции, и Главный это знал. Своей нарочитой неосведомленностью он напоминал о правилах.

— С ним скоро все будет в порядке.

— Хорошо, – Главный кивнул. Он прошелся взглядом по столу, отмечая не до конца разобранную посылку, скрытое Лигелием письмо, накрытый стеклянным колпаком спящий розарий морте, и стопку свитков. – Как продвигаются исследования?

— Я улучшил яд гьямских пауков, – амориец пододвинул к краю стола поцарапанную деревянную шкатулку. В ней звякнули маленькие матовые бутыли. – Розарий морте чувствует себя хорошо. Брат прислал кое-какие редкие ингредиенты, но я пока не все их изучил.

— Вижу, – Главный открыл крышку шкатулки и бегло осмотрел стоящие в порядке «от сильного к слабому» бутыли. Он захлопнул крышку. – Но я спрашивал не об этом. Как твое главное исследование?

Лигелий улыбнулся, приподняв уголки тонких губ. Он надеялся, что Главный спросит об этом. Ему всегда было проще с теми, кто боится что-то потерять или слишком желает достичь чего-то. Он медленно начал свой рассказ.

Ардали пришла в себя в доме семьи Мернар, чувствуя усталость, словно весь день была на ногах. Она помнила Лигелия и упрямую лошадь, как они с аморийцем ругались и смеялись, как она закрыла дом своей семьи на ключ, но не имела ни проблеска памяти о том, как оказалась здесь снова.

Не составляло труда предположить очередное «выпадение». Знать бы, что вызвало его на этот раз!

Девушка горько улыбнулась, поворачиваясь в сторону занавески, скрывающей кровать, и прищурилась, откидывая занавес и прикрываясь рукой от света. Хотя лучи солнца слабо проникали в комнату, казалось, те ослепляют Ардали. Ее зрение обострилось.

Девушка видела, как тени накладываются друг на друга, придавая объем комнате и предметам. Они стали ярче и глубже. Они существовали одновременно со светом, и Ардали видела это так, словно кто-то отделил краски от листа, на который те были нанесены, сохранив, однако, общее впечатление от рисунка.

Свет же, напротив, стал более блеклым, словно лишившись яркости и разнообразия. Многие его оттенки ощущались схожими, если не одинаковыми. Девушка прикрыла рукой глаза.

Теара говорила, Лимнати «забрала» родителей Аравы. Тогда Ардали не придала этому значения, но теперь ловила себя на мысли, что начинает воспринимать Лимнати как разумное существо. Несложно представить болезнь разумной, но, если та на самом деле являлась такой, оставались ли у девушки возможности победить ее? Хотя бы заключить договор?

Признаться, ее влекла мысль о разумной Лимнати. Такое понимание нравилось девушке больше, чем необходимость воспринимать Лимнати как болезнь, с которой нужно справиться или смириться. Она хотела видеть Лимнати книгой, страницы которой можно прочесть. Сказителем, который может поведать о том, чего не знают другие. Тени в крови нашептывали ей желание заглянуть глубже в то, что находилось между сном и дремой.