Книга Ведьма пустоши, страница 200 – Джессика Кури

— Какой от него толк? – спросил Конрад.

Может, и никакого. Но, Мойры, я должна попытаться.

Поднесла осколок к глазам и снова увидела мир нитей. Они кишели, гноились и вились повсюду вокруг. Крошечное оконце и уж точно не путь к спасению, но, быть может, этого окажется достаточно.

Чтобы изменить судьбу, порой достаточно одной лишь нити.

— Ну, вперед, – сказала я.

Со мной начало твориться что-то странное. Голова словно отделялась от плеч, звуки битвы доносились все глуше. Казалось, что где-то глубоко внутри меня важная нить истончилась до предела и вот-вот лопнет.

Почти полночь. Я должна торопиться.

Эта мысль пришла откуда-то издалека будто чужая. На удивление, она не вызвала во мне никаких чувств.

— Роуз, ты в порядке?

Я моргнула, глядя на Конрада, и почувствовала, как сердце замедляет бег. Словно часы, отсчитывающие последние мгновения.

— Я… Кажется, я скоро…

– Конни!

Мы оба замерли, услышав голос, разнесшийся над вершиной холма. Даже Моргейн с Лахланом застыли в нескольких ярдах друг от друга после очередного обмена ударами.

Разом обернувшись, мы все уставились на стоящую перед нами Сильви Норт. Ее черные, теперь уже короткие волосы вились у щек; изумрудно-зеленые глаза были широко распахнуты. В них застыли страх и чуточку восторга: перед ней, как в сказке, сражались король и королева фейри.

Но и они смотрели на нее. Моргейн – с неподдельным изумлением; ее грудь вздымалась, губы приоткрылись при виде дочери. А Лахлан – с внезапной расчетливостью, переводя взгляд с Моргейн на девочку.

Терновый Король двинулся первым. Подняв меч, он устремился к Сильви. Моргейн с криком бросилась за ним, но Конрад опередил ее, заслоняя сестру. Стиснув зубы, с потемневшими от ярости глазами, он взметнул руку и принял лезвие меча Лахлана на себя.

— Нет! – закричала Сильви.

Из руки Конрада хлынула кровь. Лэрд зарычал от боли, но устоял на ногах, продолжая заслонять сестру от смертоносного удара Лахлана. Фейри навалился на него, всем весом вдавливая клинок глубже в руку Конрада, пока не достиг кости.

Но Конрад не отступил ни на дюйм. Вены на его шее вздулись, точно лианы, глаза широко распахнулись и затуманились. Должно быть, боль была невыносимой. Я смотрела на это с ужасом, разрывавшим меня надвое, и не могла ни пошевелиться, ни закричать.

— Глупый смертный, – рассмеялся Лахлан, хотя в его серебристом взгляде мелькнула искра досады и удивления от такой дерзости. – Я ведь обещал, что убью…

Он осекся, издав сдавленный хрип. Глаза его расширились, рот приоткрылся – Конрад всадил ему в бок железную вязальную спицу и теперь проворачивал ее. Должно быть, подобрал, когда я обронила. Длинный тонкий стержень наполовину ушел в тело фейри.

— Это, – выдохнул Конрад, – за моего отца.

Взгляд Лахлана в полном неверии метнулся от раны, из которой сочилась серебристая кровь, к лицу Конрада.

И только когда Моргейн скользнула мимо, уводя Сильви в безопасное место, ноги Конрада наконец подкосились. Он опустился на одно колено, не сводя глаз с фейри. Рука от запястья до плеча была залита кровью, лицо белее снега. Кисть разжалась, выпустила спицу и безвольно повисла.

Взгляд Конрада отыскал мое лицо, стеклянные глаза с трудом пытались сфокусироваться.

— Роуз…

Лахлан зарычал и рванул меч на себя, высвобождая его из плоти Конрада. Брызнула кровь. В следующее мгновение клинок уже взметнулся вверх, целя острием в беззащитное горло.