Книга Ведьма пустоши, страница 145 – Джессика Кури

— Ты точно в порядке? – спросил он. – Я даже не подумал, что ты, может, устала. Если хочешь спать…

— Чепуха.

Я поставила прядильный набор на трехногий табурет у стойла Ариадны. Кобыла тихо заржала, и я, достав из кармана кусочек сахара, протянула его на раскрытой ладони. Она взяла его бархатистыми губами и довольно фыркнула.

— Так просто ты от урока не отделаешься. Думаю, начать стоит с простого отклоняющего узла и постепенно переходить к защитным.

— Хорошо, – сказал Конрад, слегка поклонившись. – Как скажешь. Сегодня я не твой наниматель, а ученик. Равный.

— Что-что?

Открывая набор, я приподняла бровь.

— Я учитель, так что мы далеко не равны, сэр.

Он кашлянул:

— Да. Действительно. Я ваш покорный ученик, мисс Прайор.

Смеясь, я вынула из набора все катушки и отложила их в сторону, чтобы сундучок опустел, затем открыла боковое отделение и достала двенадцать маленьких деревянных колышков.

— Пожалуйста, зови меня просто Роуз. Каждый раз, когда меня называют «мисс Прайор», я проверяю, не поседели ли мои волосы, и чувствую себя одной из своих старых учительниц.

— Чепуха. Ты прекрасна, как бы тебя ни называли.

Я замерла с колышками в руках, чувствуя, как лицо заливается краской.

Конрад кашлянул.

— Я… я сказал не подумав, мисс Прайор. А, то есть Роуз. То есть… не то чтобы я не верю в то, что сказал. Верю. Очень даже.

Смущение, казалось, усиливало его шотландский акцент до полной неразборчивости.

— А что ты делаешь?

— Если собираешься практиковаться в защите, – ответила я тщательно контролируемым тоном, – лучше иметь то, от чего защищаться.

Я раскрыла набор так, чтобы получился плоский квадрат, и начала вставлять колышки в кольцо отверстий по внутренним стенкам разобранного сундучка, создавая основу для плетения. Конрад молчал, с любопытством наблюдая, как я наматываю на колышки прочную шерстяную нить.

Заплетая, я старалась не обращать внимания на чувство вины, терзающее меня изнутри. Если бы я действительно готовила его к защите от козней Лахлана, то показала бы ему больше узлов правды, а также заклинания, раскрывающие истинные намерения человека. Я бы научила его распознавать ложь, скрывающуюся за красивыми лицами. Я бы предупредила: береги сердце, никому не верь и, главное, прибереги свои поцелуи, свои ямочки на щеках и свои облегающие бриджи для той, кто этого достоин.

— Все в порядке? – спросил он, вырывая меня из водоворота мыслей.

Я разгладила непрошеную складку, залегшую меж бровей.

— Да. Конечно.

На плетение узла иллюзии ушло почти десять минут. Нить вилась промеж деревянных колышков, наращивая слои, сплетаясь в затейливый узор, подобный то ли снежинке, то ли индуистской мандале. Сотворенный из ярко-алой шерсти, больше всего он напоминал солнечную вспышку – языки пламени расходились вовне и снова закручивались внутрь в бесконечном, завораживающем танце цвета и линий.

— Ты полна чудес, – пробормотал Конрад, следя за моими пальцами.

Я откинулась назад и встряхнула руками.

— Закрой окно, – велела я, кивнув на распахнутую створку в дальнем конце конюшни. – Не хватало еще, чтобы огоньки разлетелись.

Он послушался, и я воспользовалась его отсутствием, чтобы направить энергию. Как я и боялась, первая попытка сорвалась – сердце сжалось в спазме, и магия пронзила меня раскаленным ножом. Слегка охнув, я подавила крик боли и попыталась снова, отчаянно стремясь завершить заклинание до его возвращения. Не хватало еще, чтобы он увидел меня такой. Это вызовет вопросы, на которые у меня нет ответов.