Книга Ведьма пустоши, страница 142 – Джессика Кури

Он уставился на меня.

— Я просто подумала… Ты ведь тогда смог бы освободиться?

— Если бы Мананнан взошел на трон, я бы не успел это узнать. Он убил бы и Сильви, и меня.

— А если… договориться с ним?

Конрад обжег меня взглядом:

— С убийцей моих родителей? Ты предлагаешь мне заключить сделку с тем, у кого руки по локоть в крови моей семьи?

— Нет, – выдохнула я. – Нет, конечно нет. Ты прав.

Стыд разъедал меня, как кислота, разрушая все защиты и оправдания, которые я возвела вокруг себя, чтобы сделать собственное предательство более сносным. Я могла не знать всех подробностей его чудовищных деяний, но поняла, кто такой Лахлан, в ту же минуту, как его встретила. Я видела, что он сделал с моей тетей, и, заслуживала она того или нет, фейри ни на миг не дрогнул, карая ее. Даже зная о его порочности, я позволила втянусь себя во все это. Я позволила себе поверить в его ложь, пытаясь найти человечность там, где ее не было и в помине.

Я не позволю ему сделать из меня монстра. Я поклялась себе, что закончу это дело по-своему, и именно так и сделаю. Я не стану использовать сердце Конрада против него, даже если он будет настолько глуп, чтобы отдать его мне.

— Нам никогда от нее не освободиться, – сказал он. – Кое-кто из моих предков бежал аж в Америку, но фейри выкрали их среди ночи и протащили через подземный мир обратно, к ногам Моргейн. И наказания, Роуз, были нешуточные. Ты видела наши семейные портреты. Прядильщица за дверью твоей спальни? По приказу Моргейн она лишилась глаз после того, как попыталась сбежать во Францию.

Он покачал головой, нахмурившись:

— Отец говорил: единственное, что мы можем, – это дать роду вымереть. Поэтому я никогда не собирался жениться и заводить детей.

— И все? Вот она, главная цель твоей жизни? Умереть одиноким и несчастным, глядя, как твой одинокий и несчастный дом рассыпается вокруг тебя?

Чтобы уйти от ответа, он сердито пришпорил Белла, готовясь ускакать вперед.

— О Конрад. Если бы нашелся способ…

Он резко развернул коня, и Белл недовольно мотнул головой.

— Прекрати, слышишь? Ты вечно лезешь не в свое дело! Повсюду суешь свой нос. В мою жизнь, в жизнь Сильви.

— Я не…

Я поперхнулась.

— Сую нос!

Конрад заерзал в седле, раздраженно ероша пальцами волосы.

— Ты ворвалась в нашу жизнь, как осенний ветер, и все изменила. Ты переделала весь мой дом по своему вкусу!

— Я только раздвинула несколько занавесок.

— Ты впустила свет. Взбаламутила пыль. Вытащила наружу то, что должно было… оставаться скрытым.

То, как он это сказал, прозвучало почти обвинением. Вид у него был жалкий, а в глазах застыла такая горечь, словно взаперти томился другой голос, не смеющий заговорить. Не смеющий мечтать.

— Неужели ты совсем сдался? – тихо спросила я.

— Я прагматик, Роуз. Я стал тем, кем должен был стать. Ради Сильви. Мою жизнь продали задолго до моего рождения.

Лошади вынесли нас на вершину Всхолмья Торена. Мы смотрели на древний лес, на утес вдалеке. Где-то там, внизу, ждал каменный круг, и я думала о том, сколько Нортов погибло, охраняя его.

— Так ты меня прогонишь? – спросила я.

Он долго смотрел на лес внизу, рассеянно почесывая гриву Белла.

— Тебе здесь небезопасно находиться.

— Уверена, мой наниматель скоро поправится, и тогда я навсегда уйду с твоей дороги. Но до тех пор… дай мне две недели, – взмолилась я. – Позволь мне продолжить учить Сильви. Она сделала такие успехи за несколько дней – жаль будет это потерять. Я могу подготовить для нее уроки, написать план занятий на год или больше. Это поможет тебе подготовить ее на случай…