Книга Ведьма пустоши, страница 112 – Джессика Кури

Музыканты-фейри дули, щипали и колотили по инструментам, которых я не узнавала, хотя могла угадать их человеческие подобия: флейта и дудка, скрипка и виолончель, барабан и арфа. Музыка звучала неистово и стремительно – лихорадочный, безумный напев, сыгранный без оглядки на гармонию. Ноты сталкивались и корчились в воздухе, но из этого хаоса каким-то чудом рождалась симфония.

— Мой народ прекрасен, – вздохнула Моргейн. – Их песни – дань моим ушам, а их танцы – почести моей власти.

Музыка просочилась мне под кожу, вспыхнула за ребрами, отозвалась в самом сердце.

— Желаешь присоединиться к празднеству? – тихо спросила Моргейн, склонившись к моему уху.

— Да, – выдохнула я, не успев подумать.

Мысли начинали путаться; я поймала себя на том, что в нетерпении подаюсь вперед. Музыка дрожала на коже, настойчиво тянула за волосы.

— Так ступай, – сказала она. – Танцуй, маленькая ведьма, и забудь о мире наверху.

Я шагнула вперед, словно в забытьи, спустилась по оставшимся ступеням и ступила на мшистую поляну. Все вокруг закружилось – фейри, деревья, огонь, – и прежде чем я опомнилась, чьи-то руки схватили меня за запястья, втянули в хоровод, погрузили в их сон.

Я кружилась и кружилась, вцепившись в фейри справа и слева. Сквозь пелену сознания я заметила нити, вплетенные в их волосы и одежду. Заклинания громоздились одно на другое, магия наслаивалась на магию – воздух стал таким плотным, что я едва дышала. Пряный, терпкий запах магии щипал ноздри, смешиваясь со сладостью глицинии и земляным ароматом мха и деревьев. Смутно я гадала, что это за чары, но мысли расплывались, не в силах ухватить ни одного узора. В голове стучали только барабаны, и я позволяла тащить и крутить себя по всему празднеству, переходя из рук в руки. Длинные пальцы с лишними суставами скользили по моим рукам, перебирали волосы, а глаза изучали меня с самыми разными выражениями – любопытство, восторг, голод, ярость. В этих беглых взглядах фейри переставали быть безликим пестрым племенем; передо мной мелькали разные создания, и каждое по-своему относилось к встрече с человеком. Не все были рады, и некоторые явно хотели меня укусить. Но я ни с кем не задерживалась надолго и не успевала понять, что они во мне видят. А чем дольше я плясала, тем меньше замечала. Точно чернила на странице под дождем, кружащиеся фейри расплывались, сливались в одно пятно. Я моргала изо всех сил, пытаясь сфокусироваться, но мир терял очертания. Я уже не понимала, танцую я или стою на месте, – все неумолимо вращалось вокруг.

И тут я увидела знакомую пару глаз: Моргейн держала меня в объятиях, и на миг сознание немного прояснилось. Хоровод распался – большие кольца фейри разбились на пары и тройки, танцующие вместе; танец, кажется, сводился лишь к тому, чтобы покрепче держаться друг за друга и кружиться как можно быстрее.

Но Моргейн кружила меня медленно, крепко сжимая мои запястья.

— Он тебя впустил? – тихо спросила она. – Или ты проскользнула как мышка?

В горле так пересохло, что я не могла ответить. Голова гудела уже не только от музыки, но и от боли, ноги подкашивались. Я смутно понимала, что танцую уже несколько часов.

— Мой Конрад предан мне, – сказала она. – Но у него есть слабости. Кто ты ему, маленькая ведьма? Какое заклятье на него навела?