Книга Яблоневый сад попаданки, страница 38 – Алёна Мирова

Дом должен быть домом для тех, кто в нём живёт. С документами детей помогает моя тётя Ровена; она знает городской совет попечителей.

В столице дождя нет. Ваш садовый пирог пережил дорогу хуже нас.

Дориан».

Письмо я прочитала за завтраком. Беата сразу потребовала найти ошибку с бечёвкой, Шелест — проверить шкаф. Пятый ключ действительно подошёл. За дверцами стояли тарелки с зелёной каймой, стеклянные блюда и большая серебряная сахарница в форме яблока. Сладостей внутри не было.

— Кто-то добрался раньше, — сказал Шелест и посмотрел на Дориана, которого рядом не было.

— Сколько лет ты собираешься помнить детские проступки?

— Пока виновный не возместит ущерб.

Мы использовали одно из стеклянных блюд для новых яблочных конфет. Лотта уварила повидло с орехами сильнее обычного, я разложила массу маленькими порциями и высушила. Конфеты получились плотными, хорошо держали форму и не пачкали бумагу. Нелли завернула каждую в квадратик и перевязала ниткой.

— Красиво, — Беата попробовала одну. — Но работы много.

— Будем продавать наборами. К осенней ярмарке.

— До ярмарки три недели, — напомнил Терен. — К тому времени основной урожай собирать.

— Значит, готовим понемногу и храним в сухой кладовой.

Дни стали короче. Свет в сушильне зажигали раньше, к ужину над двором уже сгущались сумерки. Днём сохранялось тепло, ночью приходилось закрывать окна. На ясницах появились первые жёлтые листья.

Погребные знаки восстановил мастер из Ремея. Невысокая женщина с выбритым виском прошла вдоль стен, заменила три медные пластины и установила новый накопитель. За работу взяла восемь серебряников и корзину яблок.

— Ясницы моей дочери, — объяснила она. — Экзамены в училище.

— Магия действительно поможет?

— Если будет учиться. Яблоко только удержит мысли от беготни.

Шелест одобрил её слова. После зарядки стены погреба покрылись тонким серебристым узором, воздух стал суше. Мы занесли первые ящики утренников, пересыпая ряды мягкой стружкой.

Томас отмечал на табличках сорт и дату. Нелли рисовала рядом маленький знак: солнце для утренников, пчелу для медовок, глаз для ясниц.

— Почему глаз? — спросил Дориан в очередном письме, когда я описала систему.

«Потому что ясницы помогают видеть буквы, — ответила Нелли на отдельном листке. — Я раньше путала, а теперь меньше. Том говорит, это потому что Беата учит, но яблоко тоже старается».

Дориан прислал ей книжку с крупными буквами и картинками. Томас получил новый складной нож для прививок — пока без острого лезвия, учебный. Мне в посылке досталась пара мягких рабочих перчаток и короткая записка.

«Ваши руки на рынке выглядели так, будто яблони защищаются».

Я осмотрела царапины на пальцах и надела перчатки. Они сидели точно, хотя Дориан видел мои руки всего несколько раз.

Вечером мы устроили рабочий ужин в садовой конторе. Предстояло распределить сто серебряников и выручку с большого заказа. На столе лежали сметы: крыша сушильни, погреб, наём сборщиков, ремонт телеги, закупка ящиков, дрова, продукты на обеды работникам.

Терен требовал больше людей. Беата — новую плиту на кухню. Лотта хотела ещё два таза и помощницу. Маркус напоминал про телегу. Олви обещал скидку, если сразу заказать крышу и ящики.

— Денег хватит на всё, кроме плиты, — сказала я после третьего подсчёта. — Её купим с выручки за основной заказ.