Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 79 – К. Рэдлиф

Осенние поля и леса расстилались под ногами, словно палитра, наполняющая серое небо яркими красками. Деревья, давно уже пожелтевшие, напоминали огненные факелы. Вдалеке на горизонте поднимались горы, их величественные вершины безжалостно пронзали слоистые облака. Белые рукава его новых одежд – старые пришлось сжечь – развевались на ветру, словно крылья. Цзэ Сюлань чувствовал себя птицей, взмывшей ввысь вопреки всем законам физики. Было так восхитительно, что этот мир, прекрасный и удивительный, становится доступным для них – заклинателей – только благодаря их непрерывной практике и усилиям. На душе становилось хорошо от мысли, что хотя бы здесь упорный труд обязательно вознаградится.

Постепенно горы сменялись равнинами, леса – полями. Небо, зарумянившись, как пирог, вскоре сгорело и стало совсем черным. Медленно по небосклону рассыпались крошечные осколки бриллиантов. Цзэ Сюлань не знал астрономии, поэтому не мог сказать, насколько небо здесь другое. Но он точно не видел Малой и Большой Медведицы.

Резкая боль неожиданно пронзила голову, и Цзэ Сюлань еле заметно покачнулся на мече. Его тело давно не восстанавливалось должным образом. Если бы он только имел понятие о том, в каком состоянии сейчас находятся его духовные вены и чем это грозит, то точно не встал бы на меч. Но он не знал, поэтому лишь направил немного духовной энергии в голову, чтобы унять боль. Этого хватило ненадолго. Буквально спустя палочку благовоний ^[9] голова заболела с новой силой, а картинка в глазах поплыла.

Цзэ Сюлань уже хотел было сказать, что они остановятся отдохнуть, но не успел. Сознание покинуло его раньше, чем заклинатель открыл рот. Покачнувшись, он раненой птицей сорвался вниз. Прославленный меч Синчэнь, лишенный поддержки духовными силами, отправился следом.

Линь Ян летел впереди, поэтому среагировал не сразу, а лишь после отчаянных воплей учеников. Увидев, что случилось за его спиной, он стремглав помчался к заклинателю. Расстояние между ними стремительно сокращалось, но все равно не так быстро, как хотелось бы. Если он не успеет, то Цзэ Сюлань точно расшибется насмерть. А если нет, то останется калекой на всю жизнь. И даже не ясно, какая участь страшнее.

Яо Вэньмин, несшийся быстрее всех, успел перехватить мастера Цзэ, но удержать взрослого мужчину он был не в состоянии. Поэтому теперь они зависли в воздухе, опасно раскачиваясь. Ученик, будь он трижды главным героем, не смог бы продержать такую ношу долго. Но выигранного времени хватило, чтобы Линь Ян подлетел, подхватывая тело в белых одеждах на руки. Яо Вэньмин насупился. Ему самому хотелось спустить мастера Цзэ на землю, но он понимал, что безопасно бы не смог это провернуть. Оставалось лишь корить себя за свою слабость.

Линь Ян медленно пошел на посадку в лесу, над которым они зависли. За ним отправились и ученики. Юнь Цзяо и Минь Ли, пока Яо Вэньмин ловил мастера, сумели поймать меч и ножны заклинателя и теперь сияли от счастья. Недалеко от леса виднелась деревушка, но старейшина Линь сначала решил осмотреть меридианы Цзэ Сюланя, потому что ему может потребоваться незамедлительная помощь.

Ступив на землю, он прислонил мужчину в белых одеждах к дереву. Меч ученики вернули в ножны, и теперь он покоился на коленях мастера Цзэ. Отправив подростков собирать хворост для костра, Линь Ян взял чужую холодную руку и прижал пальцы к тонкому запястью. Пульс был в норме. Тогда заклинатель решил проверить духовные силы. Увидев от них лишь жалкие остатки, мечник даже дар речи потерял. Как так? Неужели он истратил так много в Лихани? И отправился в путь, не восстановив и пятой части того, что было изначально. Он либо дурак, либо слишком большой души человек.