Книга Белый журавль обнимает меч рассвета. Том 1, страница 142 – К. Рэдлиф

— Мастер Цзэ, что вы…

— Замерз.

— Этому мастеру холодно? Давайте я…

Цзэ Сюлань отпустил нос ученика, и тот машинально коснулся его своей рукой. Мастер Цзэ дотронулся лишь на пару мгновений, но кожа все еще помнила прикосновение теплых рук.

— Не мне, а тебе, – вздохнул Цзэ Сюлань и достал из рукава бумагу для печати. Заклинательская ци заставила на чистом полотне проступить непонятные символы. Закончив работу, мужчина протянул печать Яо Вэньмину:

— Возьми и нацепи ее себе на внутреннюю сторону верхнего одеяния. Это согревающая печать. Она не долговечная, но на пару дней хватит. К тому моменту постараюсь упростить символы и научить вас всех чертить. А то мерзнуть каждую зиму…

Яо Вэньмин не мог сказать, что почувствовал в этот момент. Казалось, что все чувства перемешались вместе, переплелись, словно клубок влюбленных змей. Восторг, трепет, благодарность… Его сердце с глухим стуком норовило проломить грудную клетку. Спрятав талисман за пазуху, как и велел мастер Цзэ, Яо Вэньмин уже собирался упасть на колени и благодарить мужчину за доброту, но тот отвлекся на низкое серое небо. Яо Вэньмин тоже задрал голову.

Легкий белый пух летел с сизых небес. Земля еще не утратила тепла, и поэтому снежинки тут же таяли, едва коснувшись ее. Но это не мешало им водить хороводы то недолгое время полета.

— Рановато. До праздника Огня еще пять дней. – Хозяин Туманного склона, запрокинув голову, впитывал эфирный аромат первого снега, который заполнял легкие, словно тонкий аромат дорогого изысканного чая.

Яо Вэньмин очень хотел сказать что-нибудь в ответ, но сильно бьющееся сердце мешало трезво мыслить. Казалось, что, даже если бы он попытался издать хоть звук, ничего бы не вышло. Печать, пропитанная чужой ци, приятно согревала все тело, и Яо Вэньмин чувствовал себя самым счастливым человеком в этот момент.

Снег шел недолго. Как только особо темная туча отлетела подальше, белый пух тоже перестал сыпаться с небес. Однако на подходе была еще одна. Если так продолжится, то завтра утром будет самая настоящая слякоть.

— Ладно, ты идешь? – поинтересовался Цзэ Сюлань, отмерев после короткого кордебалета снежинок. Яо Вэньмин резко кивнул. Да так сильно, что Цзэ Сюлань всерьез боялся услышать хруст костей.

[Поздравляю с твоим первым снегом в этом мире!] – отозвалась Чэнь Хуан.

«Как же быстро летит время… Я не успеваю жить».

* * *

В лесу Гармонии Цзэ Сюланя и Яо Вэнмина встретил лично мастер Мо. Он был все еще в своих легких ярко-оранжевых одеяниях и напоминал солнце на сером небе, изглоданном тучами. Мужчина им приветливо улыбался, расспрашивая о том, как прошел день.

— Цзэ Сюлань, сегодня ты позже, чем обычно, – подметил Мо Цинь, осматривая своих гостей.

На самом деле Цзэ Сюлань не помнил, когда именно они перешли на «ты» с этим мастером и как это вообще произошло. Но с Мо Цинем было действительно очень легко общаться. Если поначалу он и относился к хозяину Туманного склона как к человеку невеликого ума, то очень быстро понял, что тот вовсе не такой, и сменил свое отношение.

Мо Цинь был из тех людей, что найдут подход к каждому человеку, несмотря на его статус, характер и предпочтения. К таким людям, как Мо Цинь, другие сами тянулись, потому что они были теплыми и ласковыми, никогда не унывающими и легкими, словно зонтики одуванчиков.