Книга Терапия для дракона, страница 7 – Майя Фар

— Не знаю, вы слышали или нет, про ритуал...

— Да, конечно, я об этом знаю, возможно, что вы не помните, но вы со мной консультировались. И я не советовал его проводить, был большой риск, но риск был для вашего супруга, а не для вас.

Это была любопытная информация, но я решила признаться лекарю в том, что брат Даниэль советовал мне скрыть.

— Вы были правы, но ритуал оказался тяжёлым и для меня тоже, — подумала, что, если лекарь попытается мне навредить, то я буду всё отрицать, но мне нужен был кто-то способный мне помочь, кому я могу довериться. — И теперь, я не помню многое из своей жизни... и даже вас пытаюсь вспомнить, но пока мне это не удаётся.

Лекарь задумался. Волосы у него были тёмные и тёмная же бородка клинышком — вот за неё он сейчас и держался, слегка нахмурившись, и изучая меня.

Наконец он сказал:

— Да, я слышал, что такое бывает. Видимо, поэтому вы и приехали сюда, а не к себе. А скажите, а вы помните, где вы сейчас проживаете?

Я покачала головой.

— То есть вы не помните то, что происходило недавно?

— Вероятно, да, — сказала я. — Я же не помню, поэтому не могу точно сказать.

Лекарь снова задумался, а я решила, что было бы неплохо узнать, кто есть кто и спросила:

— А вы не напомните мне кто такая аэра Валенсия и почему она распоряжается в доме моего мужа?

Лекарь замялся, снова вцепился в свою бородку, как будто не знал, как сказать, но через пару мгновений всё же ответил:

— Аэра Валенсия вдова отца вашего супруга. После ранения генерала и… вашего отъезда, она... взяла на себя заботу о доме.

И по тому, как он это произнёс я поняла, что «мой отъезд» и есть то, почему эта мадам здесь чувствует себя хозяйкой, а «забота» не совсем то слово, которое он хотел использовать.

И что мне это дало? Смогу ли я остаться здесь? Или мне надо уезжать?

И тогда задала ещё один вопрос.

— А моего супруга тоже вы лечите?

Лекарь снова ответил не сразу.

— Лечил, — коротко сказал мужчина, и снова через секундную паузу добавил, — как говорит аэра Валенсия, раэн Итонриад никого не желает видеть, и в особенности лекарей.

Во мне включился врач.

— И сколько по времени вы его не видели?

— Две недели, аэра. В последний раз я приходил сюда после разговора с вами о ритуале, мне надо было взглянуть на генерала, но аэра Валенсия не позволила мне пройти.

Внезапно за дверь послышались шаги, и лекарь громко произнёс:

— Так, аэра Оливия, давайте-ка я вас посмотрю.

И я поняла, что «не всё в порядке в датском королевстве *».

(*шекспировская фраза из «Гамлета», ставшая крылатой)

И я несколько растерялась, потому что служанку-то я отправила за дверь. Видимо, это движение, растерянно-скованное и заметил лекарь.

— Не волнуйтесь, я сделаю это осторожно.

Он потёр ладони друг о друга и вытянул руки по направлению к моей голове. А учитывая, что я полулежала на кровати, а он стоял, выглядело это весьма забавно, как в фильме про зомби, когда они идут с вытянутыми руками.

И вдруг из этих самых рук полились зелёные искры.

Я вдохнула, а выдохнуть забыла. И у меня снова появилось подозрение, а может, меня всё-таки вытащили из пруда, вот только я лежу в коме и мне снятся сказочные сны?

А между тем искорок становилось всё больше и больше. Я их не ощущала, но видела, как они с равными промежутками оседают на моём теле. Я не видела себя в зеркале, но предполагала, что они есть и на голове, и на щеках, на груди, на животе — и дальше. И когда всё моё тело покрыли эти искры, доктор хлопнул в ладоши, и они в один миг исчезли.