Книга Девиант, страница 34 – Гидеон Торн

О друге Евы, Чен Ли, я кое-что успела узнать. Во-первых, Чен — распространённая фамилия среди китайцев. Во-вторых, он действительно был толковым «охотником за технологиями». Пусть и не лучшим в своём роде, но специалистом с именем и репутацией. Его отличала хирургическая точность при вскрытии новых моделей андроидов и умение выуживать корпоративные секреты. Даже у «Эйдолона». И тут, я была уверена, не обошлось без помощи Евы — она наверняка сливала ему несекретные, но ценные технические данные за хорошие деньги. Старая дружба, проверенная взаимовыгодным обменом. Мне это даже нравилось — в таком альянсе была ясная, честная логика.

Я нажала кнопку звонка. Из-за двери донёсся мягкий мелодичный звук.

Через несколько секунд она открылась.

На пороге стоял высокий азиат лет тридцати пяти, не больше. Тёмные волосы были слегка взлохмачены, будто он только что поднялся с постели. Лицо — с острыми, почти хищными скулами и узким подбородком, покрытым короткой аккуратной щетиной. Взгляд прямой, спокойный, без суеты и эмоций. Одет он был просто: серая хлопковая футболка с нечитаемой надписью и тёмные спортивные штаны. На ногах — тапочки. Типичный технарь в свой выходной.

— Чего надо? — спросил он на английском, и голос его был таким же ровным, как взгляд. — Вы кто?

Я почувствовала, как Цербер за моей спиной сместился — едва уловимое изменение центра тяжести. Его присутствие стало плотнее, сосредоточеннее.

— Мы от Евы, — ответила я, стараясь, чтобы улыбка выглядела непринуждённой. — Должны были встретиться перед домом, но она попала в пробку. Ты Чен Ли, правильно?

Его тёмные внимательные глаза прищурились. Он медленно перевёл взгляд с меня на Цербера, задержался на нём на несколько секунд дольше обычного, затем снова посмотрел на меня. Во взгляде мелькнуло что-то вроде мгновенного анализа, быстрого вычисления.

— Значит, у «Эйдолона» новый андроид? — произнёс он наконец, едва заметно кивнув в сторону Цербера.

Я почувствовала лёгкий укол удивления. Наблюдательный.

— Что? — спросила я. — Как ты узнал? Ева сказала?

— Нет, — Чен покачал головой, и в уголках его губ дрогнуло что-то, отдалённо напоминающее улыбку. — У меня наметан глаз. Манера поведения, отсутствие микродвижений в покое, фокусировка сенсоров… и, простите, оттенок кожи не совсем человеческий. Входите.

Он отступил в сторону, широко распахнув дверь.

— Чувствуйте себя как дома. Обувь оставьте за дверью.

Мы с Цербером разулись, переступили порог. Внутри пахло свежей пайкой и чем-то, отдалённо напоминающим очиститель воздуха. Интерьер был выдержан в строгом минимализме, но не стерильном, а обжитом. Сразу у входа располагалась гостевая зона: угловатый серый диван, заваленный подушками в тёмных чехлах, плед из грубой шерсти, кофейный столик из светлого дерева и абстрактный чёрно-белый ковёр на полу. За диваном — обеденная зона: длинный стол из тёмного дерева, вокруг такие же простые прямоугольные стулья. Слева — кухонный бар, заставленный техникой, и множество больших окон, через которые лился мягкий послеполуденный свет.

Именно там, за столом, сидел Аид.

Он был сосредоточен на доске для игры в го, расставленной перед ним. Поза — идеально прямая, движения — плавные и экономные. Светлые волосы, аккуратно зачёсанные назад, отражали солнечные блики. Я не была большим знатоком этой игры, но даже моему непрофессиональному взгляду было ясно: позиция Чена фатальна. Чёрные камни, за которые он играл, оказались в тисках белых, которыми владел Аид. Казалось, ещё один ход — и вся левая сторона доски будет безжалостно «съедена».