Книга Титановый король, страница 74 – Юлия Резник

— Ничего. Звоню спросить, как прошел день. Все ли из запланированного получилось?

А ей что, не доложили? Губы складываются в циничную ухмылку.

— Да. Спасибо… Я… В общем, все нормально. С понедельника мальчики пойдут в гимназию, а я – в универ.

— Рада слышать. Сообщи, когда будете готовы к переезду. Я пришлю кого-нибудь вам помочь.

Машина плавно притормаживает у дома. И я тоже, похоже, не на шутку торможу. Бросаю короткий взгляд на притихших пацанов, дергаю ручку и выхожу прочь, чтобы, не скрывая своего взвинченного состояния, уточнить:

— К какому еще переезду?

Прохожусь пальцами по волосам, в который раз отстранённо отмечаю, что мне не мешало бы подстричься. Хлопают двери, из Лексуса, довольно нелепо смотрящегося на фоне нашего загаженного двора, о чем-то громко споря, выскакивают Данька с Ником. На контрасте с шумом, который сопровождает каждый их шаг, тишина в трубке особенно давит на ухо.

— Ко мне. Я думаю, так будет для нас удобнее.

— А я так не думаю! – парирую зло. Дина встречает мои возражения молчанием. Странно, но именно тишина громче всяких слов говорит мне о том, куда я могу сунуть свое мнение. Ну, или, на худой конец, с ним пойти. Мне требуется вся моя сдержанность, вся рассудительность, чтобы, взяв себя в руки, попытаться аргументировать: – Послушай, я же не один, так? Ты понимала, что у меня дети. Будет неправильно впутывать их в нашу… – я в последний момент отказываюсь от слова «сделка» и меняю концовку: – В наши отношения.

— А как ты думал, нам этого удастся избежать? – Дину как будто и впрямь волнует этот вопрос. Я же понятия не имею, что на него ответить. Признать, что я находился в таком отчаянии, что вообще ни о чем не думал? Так себе вариант.

— Уверен, что-то можно придумать, – упрямо стою на своем. Дина в ответ тяжело вздыхает:

— Федор, я очень занятая женщина. У меня нет времени на свидания и прочую чушь. Совместное проживание – единственный возможный для меня формат отношений с мужчиной. Я полагала, ты это понимаешь.

Нет! Нет, черт его дери! Но кто в этом виноват?

— Подумай, что с ними будет, если я тебе надоем.

Да, это жалко. Я банально перекладываю на нее свою ответственность. Взываю к чувствам сострадания, благоразумия, в конце концов, и прочего дерьма.

— Подумай, что я могу им дать, пока этого не случилось, – парирует Дина. Я зажмуриваюсь и, про себя чертыхнувшись, касаюсь лбом отсыревшего ствола клена.

Шах и мат, Вакула. Шах и мат. Разве с таким поспоришь?

Теперь уж молчим мы оба.

— Старые вещи не бери. Все равно на выходные у нас запланирован шопинг.

Я киваю, потому что горло перехватил спазм, и я не могу выдавить из себя ни звука, сколько ни пытаюсь. Как я на это согласился? Как я буду жить, постоянно в этом варясь? Каждое утро встречаясь за столом с нелюбимой женщиной. Каждую ночь приходя к ней в постель и трахая по факту за деньги?

Господи, не забыть бы купить Виагры.

— Фед… – тихонько зовет меня Дина, чтобы проверить, не оборвалась ли связь.

— Я тут.

— Так что ты скажешь?

— Тебя саму-то когда выписывают?

— Завтра. Врачи настаивают, чтобы я провела в больнице еще пару дней, но я подумала, ты же тоже врач… И увидишь, если что-то пойдет не так.

То есть это такой намек, что мне не мешало бы быть поблизости? Уже завтра. Уже завтра, твою же мать!