Книга По-другому, страница 66 – Юлия Резник

— Спасибо, – искренне благодарю малышку. А эта лисица малая стреляет в меня глазками и щечку тянет для поцелуйчика. Нежность топит. Я немного оттаиваю, прихожу в себя. Звонко чмокаю сахарную щечку. И ловлю Верин переполненный такой же нежностью взгляд.

— Тебе тоже спасибо, – шепчет, когда мелкая уносится, будто бы смущенно ведя пальцами по красным лепесткам.

— Не стоит благодарности. Праздник же.

— Я не про цветы.

— А про что?

— Конкретно в данном случае – про тепло, которое ты даришь Юльке. Далеко не все мужчины так безоглядно принимают чужих детей.

— Она твоя дочь в первую очередь, – чещу бровь, несколько сбитый с толку тем, какую серьезную тему мы неожиданно сами для себя подняли. – Для меня даже предпочтительно, что она есть.

— Серьезно?

— Конечно. Со мной у тебя детей не будет. И потому я рад, что ты закрыла этот гештальт заранее.

Вера непонимающе моргает. Сводит брови над переносицей.

— М-м-м… А почему не будет? Ты же не…

Эм. Вот уж не думал, что это может быть кому-нибудь непонятно.

— Нет, конечно! Просто не хочу рисковать, – перебиваю, объясняя, как есть. – С Максом я справился. И ни о чем не жалею. Но если вдруг что… Повторить тот же путь я не готов.

Вера закусывает губы, размышляя над моими словами. Кивает. И как-то излишне дерганно, что ли, отворачивается к дивану:

— Ребят, давайте-ка все к столу, а то поздравления затянулись, как бы наш праздничный ужин не остыл.

И вроде она ведет себя как всегда, смеется над Юлькиными глупыми шутками, подкладывая Максу еду, вскользь задевает его руку пальцами – даря тепло, но ни в коем случае не нарушая его границы. Но! Что-то не так. Я чувствую, что это все не очень искренне. А поужинав, Вера сразу же начинает собираться домой.

— Цветы забыла, – напоминаю я, до боли вглядываясь в ее глаза в попытке понять, где же я накосячил.

— Не забыла. А специально оставила, – морщит нос. – Во избежание допроса от Костика.

— Он что, зайдет? – наклонившись, чтобы достать обувь из ящика, интересуюсь я.

— Эм… В каком смысле?

— Ты планируешь пригласить его в гости?

— В гости? Ефрем, это ведь и его квартира. Я думала, ты в курсе, что…

— Что? – вскидываю брови, чувствуя, как на затылке поднимаются сбритые, сука, под ноль волосы.

— Я думала, ты в курсе, что он живет с нами. Конечно, я просила его съехать, но все без толку. Он все делает мне назло.

— С вами? – повторяю, как гребаный попугай. Вера, широко распахнув глаза, виновато кивает. – Постой. Мы с тобой полтора месяца вместе, я уже… Я на двадцать лет вперед распланировал нашу жизнь, а ты живешь с…

— Тщ-щ-щ! Не ори. Дети! – шипит, прерывая мою пламенную речь. – Я думала, ты знаешь, – добавляет в отчаянии.

— Знаю? Я? Вер, ты совсем ебанулась?!

В ярости Меринов страшен. Взгляд из-под насупленных бровей давит так, что у меня колени подкашиваются. И когда он делает шаг вперед, я не могу заставить себя отойти. Застываем нос к носу. Сейчас мы гораздо больше похожи на двух бойцов в ринге, чем на любовников.

— Может, ты и борщи ему варишь?

— Варю! Нам с Юлькой. Мне что – от него кастрюлю прятать?! Ефрем, ты же взрослый мужик, подумай, какие у меня были варианты?!

— Прийти ко мне, – без тени сомнения говорит он.

— Я с тобой не для того, чтобы ты решал мои проблемы. Вспомни, с чего все начиналось? Что ты обо мне подумал, ну, давай! Вспоминай. А теперь представь, что бы было, если бы я опять обратилась к тебе за помощью? Хочешь, навангую? Ты бы, сто пудов, решил, что только для этого мне и нужен.