Книга Беспринципная, страница 53 – Юлия Резник

— Так это же вроде было понятно. Или были какие-то новые обследования?

— Были… Она на постоянном контроле так-то. Ладно, не хочу тебя этим грузить.

— Ты не грузишь.

— Ну, тогда портить счастливый день, к которому ты столько шла! — Седка силится улыбнуться. Сжимает мои руки в ладонях. Потряхивает.

— Да, уже надо бежать… Ты звони, если что-то нужно. Ну и в целом. Я всегда рядом.

В порыве чувств что есть сил стискиваю подругу в объятиях. И убегаю, чтобы позорно не разреветься.

Город встречает жарой и пылью. Школа оказывается ещё лучше, чем на фотографиях. Всё чисто, аккуратно, вкусно пахнет средством для мятья пола и новой мебелью. Учительница, которую зовут Лейла Ильясовна, мягко гладит Алиску по голове, говорит: «Нам такие улыбчивые девочки нужны». Я слушаю и мысленно благодарю бога за то, что хоть у моей сестры все будет по-другому.

Остальное галопом. Экскурсия, инструктаж… Уходить сложнее всего. Алиска держит меня за руку, вцепившись, как в спасательный круг. И я вижу, как дрожит ее подбородок при виде незнакомых ребят.

— Ну, ты чего? Я же рядом! Буду к тебе хоть каждый день приезжать, хочешь? А там и пятница.

Алиска кивает. И даже машет рукой, когда я выхожу через калитку. Оборачиваюсь несколько раз, пока очертания сестры совсем не исчезают из виду. Вроде все хорошо. Даже лучше, чем я мечтала. Но на глазах моих слезы…

В общагу въезжаю ближе к вечеру. Аня лежит на кровати у окна. Мы с Машкой все же не стали ее сгонять.

— Привет. Машки не было?

— Тут она. Отправилась на поиски утюга. Ей что-то на завтра погладить надо.

— Супер. Мне, наверное, тоже бы не мешало.

С этими словами я опускаюсь на единственную пустую кровать, прикрываю глаза и вдруг понимаю, как же сильно я устала за эти дни. Все тело ноет, но внутри, на удивление, я ощущаю такую лёгкость, что кажется, открой окно — меня ветром сдует. Боже мой, это правда происходит со мной!

На следующее утро, встав в семь утра, прихорашиваюсь и впервые иду в университет. Ровная дорожка, липы по бокам. Я в наглаженной до хруста рубашке, с красивой сумочкой на плече, в новых туфельках из натуральной кожи. Губы невольно расплываются в улыбке, потому что никто не смотрит на меня исподлобья. Никто не перешептывается за спиной. Никто не смеется над моим непрезентабельным внешним видом. Я больше не дочь своей опустившейся матери. Я обычная студентка, такая же, как все.

Я не люблю шум. Он мне надоел, в нашем доме никогда не бывало тихо. Но здесь, в забитых галдящими студентами коридорах, я чувствую себя на своем месте. Первокурсников, вроде нас, можно запросто вычислить из толпы. Они выглядят немного пришибленными и фоткаются на фоне вывески с названием универа. Смотрю на них и не могу избавиться от глупой мысли, что меня сейчас выгонят с криком: «А ну вали домой, это не для тебя!» Но никто не выгоняет. Я, как и все, захожу в аудиторию и сажусь за парту.

Первой лентой у нас латынь. Второй — история и философия науки. Скука смертная — так говорят. Меня же учеба захватывает. Я с жадностью впитываю каждое слово преподавателей, конспектирую, заглядываю в методички, боясь что-то упустить. Машка быстро находит общий язык с соседями. Нам с Аней сложнее, но и мы понемногу втягиваемся: болтаем на переменах, сплетничаем, смеемся. Со мной никто не носится, как с писаной торбой, но и не сторонится. И это то, о чем я всегда мечтала.