Книга Сердце напополам, страница 52 – Юлия Резник

— Тань, вы на нижней полке почему не сменили ценники?

— Руки не дошли, Петровна. Сейчас.

Делаю себе пометку в блокноте, разворачиваюсь и едва не натыкаюсь на Костика, который зачем-то приперся в мой магазин вместе с женой и дочкой. Это так неожиданно, что я не успеваю блокировать эмоции, мелькнувшие на лице.

— Добрый день, – вызывающе выпячивает подбородок Верник.

— Добрый день, – натянуто возвращаю приветствие. В красивых глазах Игоря мелькает что-то вроде злорадства. Моя реакция, небось, только утвердила засранца в мыслях, что я по нему страдаю. И ведь не объяснить ему, что я банально озадачена. Чувак не поленился притащить свою семью в полном составе, чтобы… Я даже не совсем понимаю, зачем? В надежде сделать больнее и наказать за то, что в последние месяцы я старательно игнорирую его попытки возобновить отношения? Если так, то он просто клоун.

А жена у него, кстати, ничего. Симпатичная пухленькая блондиночка. Если я не ошибаюсь, беременная.

— Папочка, я хочу вот эти трубочки.

— Так бери.

С жадностью смотрю на милую, очень похожую на отца девчушку. Если бы Костик развелся, как он мне клялся, я бы уже, наверное, тоже была беременна. От этой мысли за грудиной щемит. Нет, о том, что мы расстались с Верником, я не жалею. А вот о потраченном на него времени – да.

Огибаю по дуге их компанию и иду к мясному отделу.

— Слышал, ты с каким-то зэком спуталась, – раздается прямо над ухом.

— И что? – удивленно гляжу на Верника.

— Да ничего, Светик. Совсем ты опустилась.

— Правда? Забыла у тебя спросить, Кость. Ты за жену свою переживай, ага, а за меня не надо.

— Да ты мне на хер не всралась, Света. Я за дело болею. Ты ж у нас материально ответственное лицо. Сама понимаешь.

Стою, обтекаю, не в силах сформулировать достойный ответ. Господи, какой он мелочный, низкий. Почему я этого не замечала? Хотя нет, мелочность я всегда в нем видела. Верник – тот еще жмот, а это вещи все же одного порядка. Но низость... Нет. Верник хорошо маскировался.

— Кость, иди ты на хуй.

Боже, и так хорошо становится! Так хорошо… Все же есть какой-то особенный кайф в том, чтобы себя не сдерживать. Может, зря мы вообще повадились строить из себя невесть что. Все такие цивилизованные стали, что слова не скажи, аж тошно.

— Слышь, ты… – хватает меня за руку.

— Эй, дятел, лапы от девочки убери.

Голос Бати производит на меня гораздо больший эффект, чем нелепое нападение Костика, у которого просто не могло быть какого-то продолжения. Ведь где-то здесь, в отделе молочки, потерялись его жена и дочь.

— А ты вообще кто такой?

— Я? – Батя смещается, заходит как-то так сбоку. И ничего вроде не происходит, но Костик вдруг вскрикивает и начинает медленно оседать на пол. – Можно сказать, твой учитель. Урок усвоен?

Растерянно гляжу на скрюченного, подвывающего Верника.

— Скотина, ты мне руку сломал! Да я тебя засужу, да я…

— Ты зачем? – моргаю, осознав, что Батя сделал, и начинаю его оттеснять.

— Не надо было? Тебе его жалко?

— Да нет же! Но если Костя и впрямь обратится в полицию?! Ты подумал, что будет?

Меня охватывает самая настоящая паника. Костя такое говно, что с него станется! И тогда я даже боюсь представить, как мы будем выкручиваться. У Бати, как я понимаю, несколько ходок, а это – отягчающее обстоятельство. Или нет? Я не очень хорошо знаю законы.