Книга Близкие люди, страница 10 – Юлия Резник

Все так же продолжая за него цепляться, Лиза шагнула внутрь квартиры. Нужно было брать себя в руки. И она это понимала. Только с Яром, которого она знала тысячу лет, с которым сидела за одной партой всю начальную школу, так легко было быть слабой.

— Сейчас-сейчас. Дай мне секундочку, – шепнула Лиза, невольно задевая губами кожу на его шее. Выше просто не доставала, несмотря на свои в общем-то довольно внушительные, как для женщины, сто семьдесят семь, а отлепиться вообще не могла.

— Да я тебя и не тороплю. Хочешь, хоть навсегда так оставайся.

Лизе показалось, что Яр простыл. По крайней мере, его голос звучал как будто простуженным. Должно быть, виной этому дождь и сквозняк на кладбище. Лиза и сама чувствовала себя больной.

Ярик-Ярик… В этом он весь. Всегда готов выслушать. Поддержать. Ей этого всегда не хватало в отношениях с Сергеем. Лиза задушенно рассмеялась. Звук вышел влажным. Каким всегда бывает смех сквозь слезы.

— Может, тебе коньяка налить? А, Лиз? Выпьешь?

— Лучше сделай какао. Если есть, – шмыгнула носом.

Глупая. Она не знала, что он всегда держал для нее в доме банку Несквика. Мог все что угодно забыть купить, только не какао, которое Лиза пила у него хорошо, если пару раз в год. Встречались они довольно редко. А уж на его территории и подавно. Так, по большим праздникам.

— Есть. Ты садись, Лиз. Сейчас я плед достану.

Плед? В августе? Лиза удивленно моргнула, вдруг осознав, что ее порядком знобит. Поэтому когда Яр вынул из комода плед – большой в рыже-зеленую клетку, послушно в него укуталась.

Ярослав отошел к кухонному острову. Открыл хромированный холодильник и, достав бутылку молока, плеснул в высокую кружку.

— Расскажи мне, как это произошло.

— Я могу сделать все что угодно для тебя, Лиз, кроме этого. Ты же понимаешь, – заметил он, помедлив несколько секунд, прежде чем выставить таймер на микроволновке.

— Я не могу жить, оставаясь в неведении. Не понимая, как он умирал. Ради чего? Какие его слова были последними. Ты был рядом?

— Да, – стиснул челюсти Ярослав.

— Скажи мне, что этого нельзя было предотвратить. Скажи… и я тебе поверю.

Микроволновка дзынькнула. Лиза вздрогнула и, злясь на себя, стерла со щек набежавшие слезы. Гремя посудой, Яр отыскал ложку, банку какао. Насыпал щедрую порцию в молоко.

— У него не было ни единого шанса.

— Ладно… – прошептала она. – Ладно. Он ведь… он ведь не напрасно погиб?

— Что ты имеешь  в виду? – Яр подошел к ней, вручил чашку и сел рядом, поджав под себя ногу.

— Ну, вас зачем-то же послали. Очевидно, вы выполнили очередное задание? – Грея руки о горячую чашку, Лиза сделала первый глоток, и только когда тот мягко опустился в абсолютно пустой желудок, поняла, что уже несколько дней не ела.

— Я должен был догадаться, что ты будешь копать. Ты же… это ты, да, Лиза?

— Я просто хочу знать, ради чего погиб мой муж! Ради Родины – понятие слишком абстрактное!

— Мы освобождали заложницу, – нехотя, будто не до конца уверенный, что ей стоит это знать, заметил Яр. – И да, с ней все хорошо.

— Это что же за заложница такая? – вскинулась Лиза. – Кем нужно быть, чтобы за тобой послали вашу группу?

Как и всегда, когда Лиза нащупывала какую-то важную ниточку, у нее начинали чесаться руки – так хотелось распутать клубок до конца.