Книга Притворщик, страница 71 – Юлия Резник

— Это Аня.

— Что за Аня?

— Его сестра, – улыбается рядом Марианна. – Вы разве незнакомы?

— Дочь отца, – резко поправляю я.

— Ну, я же это и сказала, нет?

Нет, блядь. Немного не это. Тут же вся соль в деталях.

— Жена твоя несостоявшаяся, что ли? Вау… Познакомь, а?

Если бы глаза Серого так не горели, я бы подумал, что он надо мной издевается.

— В каком смысле жена? – лепечет Марианна, а я, полностью ее проигнорировав, рявкаю:

— Слюни подбери.

— Матиас, какая жена? Я чего-то не знаю? – Марианна требовательно дергает меня за рукав, а сама то на Серого, то на Аню косится в полнейшем недоумении.

— Одно время мы хотели с Аней пожениться, – скупо замечаю я, давя на Серого взглядом. Вот же любит человек провокации. Так любит, что порой вообще путает берега.

— А потом передумали? – начинает нервничать Марианна.

— Именно так.

— И ты только сейчас мне об этом рассказываешь?

— Не думал, что это важно, – заставляю себя хоть так смягчить ситуацию. – Иди ко мне.

Обвив талию Марианны рукой, притягиваю ее к своему боку. Носом зарываюсь в искусно завитые локоны, дышу. Знакомый терпкий аромат проникает в ноздри, потихоньку возвращая в душу покой. Так и надо. Все правильно. У нас все серьезно. Мы уже год вместе. Достаточно времени, чтобы я все взвесил и все для себя решил. Марианна будет мне хорошей парой. И отличной матерью нашим детям. А что касается чувств… Сердца нового я не купил. А старое, видно, с дефектом.

Откуда-то от моря доносятся взрывы смеха. Наверняка отец рассказывает очередную байку, перед тем как пригласить гостей к столу. Аня тоже с улыбкой оборачивается на звук и этим перетягивает мое внимание.

Надо признать. Она действительно очень эффектна. Простое голубое платье-комбинация, собранные в узел на затылке волосы и сдержанный макияж – такой себе шик старых денег.

— Ты ее любил?

— Мариан, ну что за глупости? Это давно уже в прошлом.

— С тобой сложно, Мат. Знал бы ты, как с тобой сложно.

Она не первая мне это говорит. От своих любовниц я миллион раз слышал, что я ледышка. Пожалуй, Аня единственная, кто никогда не предъявлял мне претензий на этот счет. Возможно, потому что она и сама такая. Нам было комфортно. Без этих тупых и ни к чему не обязывающих признаний. Просто рядом. Вместо тысячи, сука, слов.

— Раз от вас помощи не дождешься, я сам, все сам!

Серый, нагло мне подмигнув, подхватывает с подноса мимо проходящего официанта запотевший бокал с шампанским и шагает к Ане. Ну, какой мудак, а? Стиснув зубы, ласково веду по бедру Марианны пальцем, а сам, конечно, наблюдаю за тем, как будут развиваться события. Аня оборачивается. Ее глаза расширяются. В них проскальзывает замешательство, что-то еще, чего я не разбираю, веселье… Серый тычет пальцем себе за спину. Аня прослеживает за ним взглядом, замирает, завидев нас, а потом с грацией королевы нам машет и возвращает все внимание Сереге. Я злорадствую – интересно, как на это бы отреагировал ее корейчонок. А насмешливый голос внутри замечает – а сам то, а сам? Очень странно, что как будто не все равно.

К счастью, тут всех приглашают за стол. И я переключаюсь. Мероприятие выходит, как всегда, очень душевным. У отца много друзей. Каждый тост вызывает у присутствующих слезы умиления. Потому что никто не отделывается дежурным поздравлением, а говорит от сердца. Доходит черед и до матери. Мама, как всегда на публике, немногословна. Говорит, что отец – самое лучшее, что с ней случилось. Желает море здоровья и долгих лет, и в конце, к удивлению присутствующих, даже слезу пускает. Растроганный батя встает, обнимает ее и под всеобщее улюлюкание целует.