Книга Притворщик, страница 6 – Юлия Резник

Неожиданно меня накрывает волной разочарования. Ну, вот какого черта? Не жили богато – нехер начинать. Отхожу к окну. У нас построили шикарный кампус на острове. В хорошую погоду между крыш можно даже рассмотреть море. А ведь считается, что видовые характеристики из нашей комнаты – сильно так себе. Вот во втором корпусе – просто топчик! Это да. Но когда мы заселялись, там уже не было мест.

— А вот еще какой-то парень! Ой, ты только глянь, какой хорошенький!

Светка продолжает восторженно щебетать, а мне тошно. Выходит, это не она дура, а я! В глубине души все еще надеющаяся на что-то.

— Слушай, а с пятиюродным дядей ты же можешь встречаться, м-м-м?

— Светка, ты спятила?

— Сама же говоришь, что общие предки у вас жили при царе Горохе, а он хорошенький. И контакты есть. Не хочешь написать… – Светка сводит бровки в кучу, – Стасику? Его Стас зовут. Стас Левашов.

— Тебе не кажется ненормальным сватать меня ко всем подряд? – изумляюсь я.

— Почему нет? Ты девушка свободная.

— Быть свободным и никому не нужным – это немного разные вещи, – рублю как есть и захлопываю крышку ноута. Настроения учиться – как не бывало, а желание развлекаться так и не появляется.

— Там еще генетическую предрасположенность к всякого рода заболеваниям можно глянуть, – сникает Гордеева. А во мне такая злость просыпается! Хочется рявкнуть, что мне и без этого прекрасно известно, в каком месте мои гены дали конкретный сбой. Но, к счастью, нашу дружбу со Светкой спасает стук в дверь.

— Всем привет. Я к вам с добычей…

В сетке у Светкиного парня мидии. Что не грозит студентам в наших краях – так это голодная смерть. Мы шикуем. Крабы, устрицы, мидии и ежи – привычная наша пища.

— Вы давайте, готовьте, – продолжает Ромка, дуя на красные озябшие руки. – А мы с Петруччио сгоняем в магаз.

— Петруччио? – закатываю глаза.

— Петька. Друган мой. Ну, я пойду.

Ромка отвешивает Светке шлепок по заднице и захлопывает за собой дверь. С тоской гляжу на пол, заляпанный морской водой, стекающей с мидий.

— Тащи миску. Запечем под сыром, да? У нас как раз засыхает. Только укроп не клади, хорошо? Ромка его не ест.

— Гурман! Укроп не ест, а вино из пакета хлебает, – злюсь я, тарахтя тарелками.

— Язва! – беззлобно огрызается Светка.

— Почему это?

— В прошлый раз вы тоже с Ромкой пацапались.

— Это когда? Когда твой прынц отказался помогать мыть посуду?

— Ну, согласись, это не мужская работа.

— Серьезно? Типа, мужики произошли от обезьяны, а женщины – от енотов-полоскунов?

Гордеева начинает ржать и тихонько сползает на табуретку. Все же мне с ней повезло. Люблю открытых людей. С ними просто. Что на уме – то и на языке. Никаких подвохов, двойного дна. То ли дело я… Думаю, Светка вряд ли догадывается, что я за человек на самом деле. И хорошо, что мы такие разные. Два интроверта на несколько квадратных метров – это слишком.

В итоге пока Ромка закупается, мы со Светкой корячимся в кухне. Она у нас одна на четыре комнаты. Кому-то это может напомнить о коммуналках, а я нарадоваться не могу тому, какой крутой у нас кампус. Мне даже на руку, что застройщик уже в четвертый раз переносит сроки сдачи дома, в котором мне положена квартира от государства. Это позволяет мне жить в общаге. В самом лучшем месте на всем побережье. К тому же в компании мне привычней. Я никогда не жила одна.