Книга Притворщик, страница 5 – Юлия Резник

А сейчас вот догнало осознание. Прикиньте, если я узнаю, кто моя мать? Же-е-есть.

— А этот твой корейчонок не пишет? – перепрыгивает с темы на тему Гордеева, намекая на парня, с которым я переписываюсь весь год.

— Пишет, – вздыхаю, вновь отвлекаясь от экрана.

— Ну и? Предлагает что?

— Предлагает сгонять к нему на каникулы.

— А деньги на дорогу дает? Ты гуглила, сколько стоит билет до Сеула? – загорается Светка.

— Нет. Потому что я никуда не поеду.

— Да почему?! – психует та.

— Потому что на каникулах мне надо работать, – пожимаю плечами.

— Ты так никогда не трахнешься! – заключает Гордеева голосом, от которого стынет кровь. Ну, да. Для нее это же капец какой ужас.

В этот момент экран ноута гаснет, и я невольно касаюсь взглядом своего отражения. Даже когда оно проступает лишь размытым нечетким контуром, видно, что с моим лицом что-то не так. Но только если приглядеться, становится заметно, что у меня плохо прооперированная заячья губа. Слева кожа немного перетянута вверх. К деформированной ноздре идет белый рубчик. Не самое приятное зрелище. Вот почему я не пользуюсь популярностью у парней. Впрочем, я не теряю надежды и планирую это исправить. Та же Корея славится отличными пластическими хирургами. Сашка сказал, что у них нормально, когда девочке дарят на совершеннолетие сертификат на операцию. Кстати, лучше бы Светка подарила мне пластику. Но, к сожалению, это даже Гордеевой не по карману.

Ловлю себя на этой мысли и осекаюсь. Иногда мне кажется, что мой цинизм бежит впереди меня. С одной стороны, это очень крутая защита от разочарований и боли. С другой – будь я наивней, моя жизнь наверняка была бы более радостной.

— Проверь почту. Даже мне уже не терпится! – зудит под руку Светка.

— Серьезно думаешь, что я найду своих потерянных родителей?

— А почему нет? Мало ли, почему тебя бросили? Может, они в какую беду попали. Или их заставили. Вот…

Моя бровь скептически ползет вверх. Иногда Светка просто поражает меня своей наивностью. Это если смягчить. А если говорить прямо, Гордеева такая тупая, что поймай она золотую рыбку, просто ее сожрала бы. Звучит не очень, знаю. И потому я отгоняю от себя эти мысли. Думать так – все равно, что обижать маленького, но щедрого душой ребенка. А я же не какая-то тварь…

— Кажется, кто-то в свое время пересмотрел индийских фильмов.

Подношу ладони ребром к лицу и начинаю водить туда-сюда головой, имитируя индийский танец. Гордеева ржет. Комкает бумажную салфетку и запускает в меня.

— Давай, Анька. Нам еще на стол накрывать.

— А?

— Ты что, забыла? К нам Ромка придет. К нему приятель пригнал из С*. Вдруг у вас что-то завертится? Прикинь, как будет круто встречаться с братишками?

— Так ты на Кудряшове остановилась?

— Вот еще! Ванечка мне тоже нравится, – беззаботно смеется она. Я тоже улыбаюсь, разворачивая результаты теста на весь экран.

— Не думала сделать карьеру в логистике? – стебу ее. – У тебя хорошо получается. Сколько ты совмещаешь встречи с обоими? Два месяца? Три?

— Да какая разница?! Лучше скажи, что там пишут? – Светка плюхается рядом со мной на кровать, бесцеремонно сминая тощим задом распечатки лекций.

— Да ничего.

— Что, совсем нет совпадений? Вот же… Смотри сколько людей!

— Ага. И общий предок у нас примерно в восемнадцатом веке.