Книга Девочка. Девушка. Женщина, страница 35 – Юлия Резник

— Почему местный?

— А какой?

— Ты не слышал меня? Я не хочу здесь оставаться! И не останусь. Забери меня домой. Пожалуйста. Артур…

— Кхе… Кхе. Не хочу вмешиваться, но, кажется, кое у кого здесь контракт.

Я поднял взгляд на друга. Не хочет он вмешиваться. Ага, как же. Да он просто боится, что я опять на это все поведусь… Хотя, ну правда, мог бы уже немного в меня поверить. Я кто угодно, но только не лох. Чтобы в одну реку дважды… Нет уж.

— Плевать на контракт. Я его расторгну! Артур…

Я стиснул зубы. Постучал пальцами по столу. Удивляясь тому, какую все же нарастил броню против этой девочки. Ну, ничего ведь почти не трогало. Даже звенящие в ее голосе слезы. Сердце даже не екнуло. Может, потому что вместо сердца у меня теперь была глыба льда? Которая чуть-чуть оттаивала рядом с Катей. Я машинально погладил пальцем кольцо.

— Ты не спеши, Есения. Обдумай, все как следует взвесь. Может, оно не стоит того…

— Не стоит?! Меня продали, как скот. Меня напичкали наркотой… Я боюсь представить, что бы со мной сделали в том доме, если бы я не смогла убежать. И ты думаешь, после этого я смогу, как ни в чем не бывало, вернуться в театр?

— Я не знаю. Но опыт наших отношений подсказывает, что ты готова заплатить за это любую цену.

Я поднял на Есению взгляд в тот момент, когда из ее потрясенно распахнутых глаз на щеки упали первые слезы.

— Ты ошибаешься.

Есения всхлипнула. Обхватила себя за плечи. Прикрыла глаза, словно это могло ей помочь собраться с силами.

— Что ж. Хорошо, что хотя бы собой ты дорожишь.

— Я дорожила тобой, Артур, — прошептала она. — Ты не представляешь, как мне без тебя было плохо. Оно, конечно, понятно… Я сама не понимала этого до конца. А когда этот скот полез…

Ее затрясло. Я встал, чтобы подстраховать. Обнял ее…

— Я уволюсь прямо сейчас. Можешь меня отвезти? Я уволюсь. И мы полетим домой… А если он не подпишет мое заявление, я пригрожу поднять скандал в прессе! Пусть только попробует мне помешать.

— Так. Стоп… Прекращай истерику. Хочешь увольняться — пожалуйста. Но угрожать никому не надо. Ты не с теми людьми связалась. И да. По поводу «мы»… Есения, нет больше никаких нас. Я люблю другую женщину. Осознай это. Не ставь меня в неловкое положение.

Она не осознавала… Это читалось в ее глазах. Растерянных, больных, да… Будто и впрямь ей было не все равно. Проблема в том, что я больше в это не верил.

— Это Катя, да? — ломким больным голосом уточнила Есения.

— Да. Катя, — решительно кивнул я. — Ответь. У тебя звонит телефон.

Есения медленно хлопнула ресницами, словно не понимала, откуда идет звук. Но таки сообразила и, достав айфон из кармана, напряженно уставилась на экран:

— Алло… Да. Да, я слышу… По собственному? — усмехнулась. — Ну, да. Конечно. Я напишу. Можно прямо сейчас подъехать?

По ее лицу градом катились слезы. Я видел эту девочку всякой. В разной форме. Но никогда еще сломленной настолько… Ничего, она сильнее, чем кажется.

— Что? — спросил я, хотя из ее ответов все было и так понятно.

— Ты был прав. Сомов, конечно же, не мог этого так оставить. Меня попросили…

— И что ты думаешь делать?

— Напишу заявление. Думаю, на этом все закончится. Так что спасибо, но охрана мне не понадобится. И в принципе… — ее голос дрожал, как колокольчик, — в принципе, спасибо за все. Мне очень жаль, что я, — она все же заплакала, — не сразу поняла… Не поняла, что жизнь без тебя… не жизнь. Надеюсь, ты будешь счастлив.