Книга Тайны клуба верховой езды, страница 3 – Грета Фогель

Чтобы успокоиться, я попыталась дышать ровнее и посмотрела наверх. Августовская жара только недавно спала, уступив место теплому сентябрю.

Сквозь прозрачную крышу галереи лился ровный бирюзовый свет: небо сегодня было почти без облаков. В такие моменты я обычно ощущала необыкновенную свободу и возможность свернуть любые горы. В растопленное золото солнца вплетались радужные кружочки бликов. Взгляд через пушистые медные ресницы расслаблял и возвращал в уютное прошлое. А блики, которые поймали радугу, напоминали мне о мыльных пузырях и первых годах жизни. Когда ты совсем мал и еще только исследуешь этот мир, все кажется нереальным и чудесным. В детстве все ярче, лучше, вкуснее, потому что мы хотим узнать и почувствовать эту жизнь, впитать без остатка. Мы в безопасности, потому что есть те, кто нас яростно защищает. Мы еще не столкнулись с утратами, не поняли многих вещей и очарованы происходящим. Нет, и хотя трава раньше не была зеленее, мыльные пузыри в моем детстве все-таки делали лучше. Они могли долго подниматься в небо, не лопаясь под яростными порывами ветра. Хочу быть, как дурацкие мыльные пузыри.

В этот момент мне приходит гениальная в своей бредовости идея. Если когда-то нам вполне удачно удавалось выдавать одну сестру за другую, почему не попробовать еще раз? В школе на экзаменах я сдавала за Анну гуманитарные и творческие предметы, а она за меня – естественные науки. Что, если мне притвориться сестрой и выяснить, что случилось? Я не хотела ждать, пока кто-то в полиции соизволит отыскать Анну. Я хотела найти ее сама. Никто лучше меня не знает, как она мыслит. Никто, кроме меня, не сумеет отыскать подсказки, если она их оставила. Если. Если. Я хотела пойти по хлебным крошкам, пока их не затоптали случайные люди и не склевали хищные птицы. Это означало, что времени у меня немного.

Мы всегда были друг у друга. Грейс и Анна. Самые близкие люди. Близкие настолько, что ни у одной из нас никогда не было лучшей подруги. В школе, уже в старших классах, мы присоединились к общей компании ребят, но большую часть времени все равно проводили только вдвоем. Делились самым сокровенным, придумывали шалости, следили за соседями, пытаясь узнать, какие тайны они скрывают, и играли в сыщиков. Доигрались, черт возьми! Я никогда не думала, что наш небольшой, но очень богатый город будет опасен для детектива. От Блю-Лейк я ожидала дележки лучшего места у причала для яхты на озере, скандалов на поле для гольфа и драки за членство в закрытом клубе. Наши уважаемые дамы могли сколько угодно строить друг другу козни и спорить, кто проведет очередной благотворительный бал, но вот исчезновение дочери мэра, а затем и моей сестры уже не вписывалось в безупречную картинку из глянцевого журнала, на которую так походил Блю-Лейк… Не слишком ли много загадок для тихой обители богачей? Анна всегда шутила, что если в Блю-Лейк кто-то и умрет, то непременно от ударов серебряной ложкой. И что эти наборы столового серебра тут застряли в попе у каждого, кто сколотил состояние, и, если мы вдруг захотим выследить виновного, нужно будет просто провести обыск с пристрастием и непосредственным участием проктолога.

Мимо, словно кадры старой кинопленки, проплывали ровные ряды супермаркета. По иронии – под свои невеселые мысли я проезжала ряд вертикальных холодильников, загруженных аккуратными мясными тушками в полиэтилене. Эта пленка навевала ощущение стерильности и больницы. А еще – какой-то искусственности. Как назло, хозяйственные товары всегда помещали в самый конец магазина, поэтому я успела рассмотреть все остальные отделы, прежде чем дошла до необходимого.