Книга Комендантский час, страница 22 – Джейн Коуи

Как хорошо, что хотя бы приходящие сюда мужчины были вынуждены ее слушаться.

Кэсс вышла из центра. Ее сердце колотилось как ненормальное. Оно громко отдавалось в ушах, и она была уверена: стук слышат все вокруг, хотя и знала, что это невозможно. Кэсс посмотрела на мир вокруг, такой родной и живой. Земля пестрела опавшими листьями, оранжевыми и красными, а небо стало еще более серым, чем прежде. Воздух был пропитан ароматом земли. Она жадно, глубоко вдыхала и никак не могла надышаться.

Ее ладонь, спрятанная глубоко в кармане, сжимала ключ от электронного браслета.

Твердый продолговатый предмет плотно прижимался к липким от напряжения пальцам. Когда она вернулась в кабинет матери за сумкой, ключ лежал на полу. Она его сразу заметила. Пытаясь не обращать на него внимания, она достала сумку из выдвижного ящика стола матери, проверила кошелек и планшет. Она не собиралась его брать. Она даже не знала, что собирается это сделать, пока не подняла его.

Она ловко подхватила ключ, сунула в карман пиджака и решительно вышла в коридор. Никто ее не остановил, даже женщина за стойкой регистрации. Она не чувствовала себя виноватой. Сами напросились. Надо быть осторожнее.

«Интересно, сработает ли ключ», – подумала Кэсс.

Сколько мужчин заплатили бы за возможность избавиться от своих электронных браслетов! Она представила, как создаст специальную службу. Станет придирчиво выбирать клиентуру и относиться к ней с предельным уважением. Ее офис будет совсем не похож на центр электронного мониторинга. В глубине души она понимала, что это нереально, но все равно прокручивала в голове все сценарии, планировала, что будет носить, что будет говорить, какими будут мужчины, и вскоре ей удалось отогнать от себя ужасные, грязные образы прошедшего утра.

Однако одну мысль отогнать не удавалось. Это была мысль о напавшей на мужчину матери. Сложившийся у Кэсс образ и без того нельзя было назвать положительным. Она знала, что ее мама – хладнокровная стерва. Видела, что та сотворила с отцом. Но это… Кэсс почувствовала, что ей стыдно быть ее дочерью.

Хорошо хоть, что папу скоро освободят. Эту дату Кэсс отметила в календаре на планшете. Навещать его в тюрьме ей не разрешали, потому что ей не исполнилось восемнадцати. Она не могла ездить в тюрьму без матери, а та отказывалась ее брать. Но она не сомневалась, что, как только он выйдет на свободу, они начнут общаться, и все изменится. В этом дурацком Женском доме с навязываемыми мамой дурацкими правилами не было никакой жизни. Кэсс даже не могла пригласить Билли вместе делать уроки или смотреть фильм, потому что в здание его не пускали. Она представила себе лицо матери, когда Кэсс сообщит ей, что переезжает жить к отцу, и ее настроение улучшилось.

Ей стало так хорошо, что она решила пойти прогуляться в город. Почему бы и нет? Все равно заняться было больше нечем. Кэсс любила гулять и часами разглядывать витрины, мечтая, что однажды скупит все, что захочется. Но эмоциональная усталость от утреннего происшествия обрушилась уже спустя полчаса, а вместе с ней и страстное желание полакомиться чем-нибудь сладким. Она решительно направилась к кофейне на городской площади, в которой продавались свежие круассаны и горячий шоколад с ореховым сиропом.