Книга Комендантский час, страница 16 – Джейн Коуи

— Я не тупая.

— Я не говорю, что ты тупая.

Они въехали на парковку центра. Перед тем как войти в здание, Сара оглядела Кэсс с ног до головы.

— Сотри помаду, – сказала она.

— Это нормальный рабочий образ, – стиснув зубы, ответила Кэсс.

— Да, если верить журналам, по которым помойка плачет и которыми ты так одержима. Но не в реальном мире. – Сара достала из кармана салфетки и протянула их дочери.

— Ладно. – Кэсс вырвала салфетки из рук матери и аккуратно промокнула помаду, но полностью ее не стерла.

Для нее это был не первый визит в центр электронного мониторинга. Когда она была маленькой, папа брал ее с собой на плановые проверки электронного браслета, но перестал, как только она пошла в школу. Пройдя за Сарой внутрь здания, она вспомнила зал ожидания с начисто вытертыми пластиковыми стульями и телевизор, настроенный на детский канал. Вечно этот детский канал. Всегда один и тот же. Еще там была закрытая плексигласом стойка регистрации и торговый автомат. Его она тоже запомнила. Папа всегда разрешал ей что-нибудь купить, обычно чипсы с солью и уксусом, и она любила смотреть, как работает автомат.

По одну сторону зала ожидания следовал ряд закрытых дверей, и каждая была обозначена какой-то буквой. Темнокожая женщина с кудрявыми волосами высунула голову из двери «H» и улыбнулась.

— С добрым утром! – радостно поприветствовала вошедших она.

— Привет, Мэйбл, – ответила Сара. – Это моя дочь, Кэсс.

— Привет, Кэсс. – Мэйбл стремительно подошла к ним и протянула руку. Они обменялись рукопожатиями. – Приятно познакомиться.

Кэсс расправила плечи и широко улыбнулась Мэйбл:

— Приятно познакомиться. Какие у вас красивые серьги. – В отличие от черных мешковатых брюк и толстовки, которые очень напоминали то, что носила ее мать.

— Спасибо! – обрадовалась Мэйбл.

В ответ она не похвалила ни наряд Кэсс, ни ее тщательно подобранное ожерелье, но зацикливаться на этом не было времени. Сара открыла дверь в кабинет и подождала, пока Кэсс войдет.

Кабинет оказался маленьким. Одну стену занимало громадное окно, частично и неравномерно закрытое жалюзи с пожелтевшими полосками. Из окна открывался прекрасный вид на полуживое дерево и автостоянку. Посреди комнаты стоял стул, напоминающий стоматологическое кресло, с толстой обивкой, подголовником и жуткой продолговатой светодиодной лампой.

На стене висели плакаты. Пара из них сообщали об обязательной маркировке десятилетних мальчиков и призывали родителей «Следить за электронной почтой!» и быть внимательными «Во избежание штрафа!». Другой плакат был посвящен плановой проверке электронных браслетов. Судя по прическе изображенного на нем мужчины, этот плакат висел тут уже давно. Все мужчины на плакатах сияли, словно электронный браслет был лучшим гаджетом, который они когда-либо получали. Проклятое вранье.

Стол Сары был таким же унылым, как и весь кабинет. Ни одной миленькой вещички. Ни цветка, ни контейнера с цветными ручками, ни фотографий, ни маленьких украшений. Кэсс посмотрела на мать, сидящую в безликой одежде в безликом кабинете на безликой работе, и ее захлестнула волна отвращения. Это была плохая работа. Омерзительная. Кэсс дала себе слово, что никогда и ни за что не станет заниматься электронными браслетами. Никогда. У нее будет работа, которая принесет людям пользу.