Онлайн книга «Из ада с любовью»
|
И вряд ли кто-нибудь с земли мог разглядеть на палубе цеппелина двух молодых людей – светлоголового парня в серо-коричневой куртке и с платком, повязанным на шее галстуком, и девушку с волосами цвета темной меди в шарфике из медных колечек. Парень обеими руками опирался на перила палубы, а девушка держалась за его куртку, прижимаясь лицом к его плечу, и безудержно плакала, шепча сквозь слезы: — Я с тобой буду. Я с тобой. Я с тобой буду. И уж тем более никто не слышал, как лысый безбровый человек с механистической рукой в гостиной яхты увлеченно рассказывает своим собеседникам о докторе Кейворе: — Двенадцать пуль, выпущенных с близкого расстояния! И кейворит не пропустил ни одной! Этим изобретением Великобритания может гордиться по праву: в грудную клетку, позади ребер, вживляется небольшая порция кейворита, который, по прошествии времени, превращается в тончайшую и широкую мембрану. Главное достоинство этого чудесного материала – вязкость, способность к амортизации. Он не только не пропустит пулю к сердцу или легким, но и позволит избежать значительного удара, который сам по себе уже способен сердце остановить. Конечно, не все еще доработано и раны получились гораздо серьезней, чем хотелось бы, – в особенности оскольчатые переломы ребер. Пуля, как известно, обладает большой кинетической энергией, и если на ее пути возникает препятствие, то она производит намного более разрушительное воздействие на ткани, до которых может достать, что и вызвало травматический шок моего пациента. Однако, как видите, он хоть и не без труда, но уже встает на ноги и скоро сам сможет обнять девушку. — Уотсон, признайте: если бы профессор Челленджер хоть словом обмолвился об инъекции кейворита вашему пациенту, все могло бы закончиться иначе. Да, вряд ли кто-нибудь с земли мог заметить, как эти слова смутили безбрового человека, но переданная ему пухлая папка вернула его в доброе расположение духа. И вряд ли кто-то мог расслышать негромкий сокровенный разговор на палубе цеппелина. — Это ничё, что я тя так держу? — Не, ничего. Мне приятно, что ты меня держишь. Держи. И не реви, ладно? — Я уже не. Не реву уже… – Девушка всхлипнула. – Так хорошо, что ты живой. И так тебя жалко, ужас… Болит у тебя? — Болит, но ты не реви, пройдет скоро. Теперь пройдет, потому что ты меня держишь. — Я с тобой буду. Я никуда теперь. Нет, никто не мог расслышать этого разговора… Зато каждый при желании мог бы встретить слепого шарманщика на трамвайной остановке «Доллис Брук», надтреснутым голосом поющего песенку о счастливой сказочной стране, где все люди братья: Прощайте, мы едем за море, В далекий и радостный путь, В страну, где не ведают горя, Где сможем и мы отдохнуть. |