Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 65 – Татьяна Карсакова

— Ты раз пять ему написала. Он тупой просто, не переживай, — Артём запихивает в рот целый пончик. — Вкусно готовишь, — хвалит с набитым ртом.

— Ешь на здоровье, — млею от похвалы. — Запивай только. Я завтра нам суп ещё приготовлю и рагу.

Обожаю готовить. Ещё больше люблю кого-то кормить.

Встаю и доливаю Тёме чаю. Кружку он выпил в два глотка, и у меня мелькает мысль, что надо купить для него кружку побольше. Тут же отметаю. Нам вместе жить от силы неделю. От этого грустно.

Снова подбираю для Дениса слова. Я раз пять уже писала ему длинные смс. Толку ноль. Я по-прежнему любимая, единственная дрянь и шлюха. И где логика?

Противно, но терпимо. Я просто переживу.

— Тебе заняться больше нечем? — пристаёт Артём. — Иди поешь и пойдём заниматься уроками.

— Лучше я Денису отвечу, — тут же отскакиваю подальше.

— Зачем ты пошла учиться, если не нравится? — глухо.

— Потому что так надо, — вздыхаю. — Ты разве не учился?

— Учился, — равнодушно. — Маня с Женей заставили. Следователем просто так не станешь, а опером вечно торчать глупо. Вот и заставили.

Снова усаживаюсь. Снова подбираю слова.

— Тём, как думаешь, сказать о том, что мы расстаёмся, по телефону — слишком плохая затея? — ищу поддержки.

— Нормально, — снова засовывает в рот пончик. — Кто так вкусно готовить научил?

— Мамин рецепт, у неё в книжке нашла, — отмахиваюсь. — Можешь всё доедать, я потом ещё приготовлю. Слушай, но это странно. Мы год были вместе. И тут по телефону. Как сказать?..

— Так и сказать, — равнодушный ответ. — Ты мудак бестолковый. Больше не звони. Хочешь, я скажу?

— Нет! — кричу. — Артём, пожалуйста, нет!

— Ну поехали к нему тогда, скажешь в глаза, — так же равнодушно, но я ловлю искры веселья.

— Нет! — пугаюсь ещё больше. — Тёмочка, нет. Ты…

— Я, — соглашается, смотрит весело. Глаза хитрые и красивые. Я успела выучить мимику Артёма за это время.

— Ты сделаешь что-нибудь ужасное, — смеюсь.

— Да уж его не перещеголяю, — становится угрюмым. — Но идея хорошая. Ты затупишь. Я скажу за тебя. Быстро решим и успокоишься.

— Почему ты вообще разговариваешь за меня? — взрываюсь.

— Потому что ты мямлишь и говоришь обтекаемо. Проще сразу сказать прямо. Какая разница, что этот урод подумает? Сам по уши в косяках.

— Тёма! — ною в потолок. — Мы были вместе год! Так нельзя.

— Да почему нельзя, если можно? — капля удивления. — Юльчонок, вот ты такая…

— Тупая? — подсказываю.

— Дуреха, — смягчает. — Взяла. Послала. Успокоилась.

— Так нельзя, — снова пытаюсь объяснить. — Надо объяснить причину. Сказать, что…

— Дело не в нём, — подсказывает Тёма.

— Да! — радуюсь взаимопониманию.

— Сказал же, дура, — голос, как будто ставит диагноз. — Дело в нём. Защитить не смог. Нервы мотает. В доме всё на соплях держится, а у него руки из жопы. Зачем вообще рядом держала?

Телефон звонит.

— Боже, спаси! — прошу, глядя в потолок.

— Меня Артём зовут, но так тоже можно называть, — Тёма легко забирает телефон.

Пытаюсь отобрать, но куда там!

Артём просто прижимает к себе, утыкая лицом в толстовку.

— Стоишь и слушаешь, как надо разговаривать, когда тебе что-то не нравится, — равнодушный приказ. Берёт трубку. — Але. Нет, не Юля. Слушай сюда, дебил. Сейчас собираешь остатки своего жалкого эго и идёшь на хуй отсюда. Номер Юли удали. Не пиши. Ещё раз увижу, что к ней докапываешься, — тебя даже не найдут. Сначала сломаю ноги. Потом руки. Потом засуну всё это в жопу и закопаю в ближайшем лесу. Имей в виду, уёбок, я свои обещания выполняю.