Книга Он социопат. Только бы не влюбиться..., страница 13 – Татьяна Карсакова

— Хорошим дают, — опять весело. Серьёзно? Я ничего не путаю.

— Артём, у тебя девушка есть? — спрашиваю прямо. Он же просил прямо. А мне хочется понять, как с ним себя вести. Будет очень стыдно висеть на человеке, которого дома ждёт любимая.

— Нет и не будет, — не отрываясь от экрана. — Я не готов к серьёзным отношениям, но от секса на одну ночь не откажусь.

Это он мне предлагает? Или не предлагает, а констатирует? Как тебя понять, загадочный сверхчеловек?

Снова прячу лицо в матрасе. Тёма выходит из комнаты. Куда он?..

— Там на кухне диван, — вспоминаю, что я хозяйка и должна проявить гостеприимство. — Я тебе постелю.

— Разберусь, — глухо.

Снова вспоминаю, какой хаос происходит в моей жизни. В институте долги, потому что учиться не в состоянии. С Денисом поругалась, хотя до этого была уверена, что стану его женой. С папой поругалась, потому что орала в трубку и обвиняла его в безразличии…

Боже, какая же я дура! Тихо плачу от жалости к себе и бессилия. Надо начинать что-то делать, чтобы всё исправить. Но я даже не знаю, с чего начинать!

Сворачиваюсь калачиком, прячусь под одеяло. В дверь звонят.

— Доставка, — голос Артёма. — Сейчас буду кормить.

— Я не голодная, — пытаюсь спрятаться от всего мира. И от Тёмы тоже. Почему-то кажется очень обидной фраза про секс на одну ночь.

— Юля, — он заходит. — Что с тобой?

— Я в домике и не хочу никого видеть, — стараюсь всё-таки объяснить ему. Даже саму себя не хочу, но это уже не принципиально.

— Придётся, — рывок, и одеяло с меня слетает. — Надо поесть.

— Не хочу, — пытаюсь спрятаться снова, но Артём держит крепко.

— Объясняю, — глухой голос. — Пока я с тобой, я о тебе забочусь. Забочусь я специфически. Людям не нравится, но получается эффективно. Во-первых, ты от меня не спрячешься. Я не отстану. Так что лучше сразу согласись. Во-вторых, если ты сейчас не поешь, я вызову врачей, и кормить тебя будут внутривенно.

— Что?! — хватаю подушку и прячусь за ней. А вот сейчас реально страшно. Смотрю на Артёма, чтобы понять, насколько он серьёзен. А по нему не поймёшь! Лицо каменное, сам каменный, взгляд пустой.

— Нельзя кормить людей насильно, — пытаюсь объяснить.

— Почему нельзя, если можно? — глухо.

В подъезде с детьми он был другим. Живым?.. Что это?

— Юля, — смотрит тяжело, — мы идём есть. Человек должен есть, спать и общаться с себе подобными. Пойдём, — тянет руку.

Отползаю.

— Мне кажется, что ты тоже маньяк, — пищу.

— Я не маньяк, — глухо. — Маньяки питаются негативными эмоциями жертвы. Страхом в основном. Болью. Упиваются своей властью. Они так закрывают внутреннюю неполноценность. Я полноценный. И негативные эмоции не люблю. Я не маньяк.

Падаю лицом вниз, пытаясь спрятаться от всего мира. НЕ ХОЧУ! Не хочу есть, не хочу объяснять, не хочу общаться с Артёмом!

— Давай гуманно, — Артём не сдаётся. — Ты ешь, я за это выполняю какую-нибудь твою просьбу.

— Отстань, — прошу. — Мне очень плохо сейчас. Я не могу понять, чего хочу. Что делать. Просто хочу лежать и чтобы никто не трогал.

— Признак депрессии, вообще-то, — всё так же глухо. — Пойдём, покормлю, потом разберёмся.

— Я не буду есть, — пытаюсь объяснить. — Нет, Артём, нет. Я захочу и поем. Нет — не поем.

— Наивная, — одно движение, и я рядом с ним. Ещё одно — на руках.