Книга Знак леопарда, страница 98 – Татьяна Степанова

— Держите оружие при себе. В случае чего — стреляйте!

— В кого?!

Пристав многозначительно покачал головой.

— Повторяю, дело серьезное. Необходимо уберечь вас от несчастья. Досадно, что сегодня мы вынуждены покинуть вас. Но с завтрашнего дня вы можете полностью нами располагать. Клянусь, что дьявол это или еще что-нибудь, но вас оно не получит. Не будь я Валентин Саблин! Запритесь. Спокойной ночи! Итак, завтра в десять в полицейском участке.

Монго закрыл за ними дверь. Щелкнул замок. Они спустились по лестнице. Красовский молчал и ждал. Они быстро зашагали по освещенной фонарями набережной. Завернули в переулок. Саблин схватил адвоката за руку.

— Скорей! — прошептал он. — Теперь все дело во времени! Надо достать автомобиль. Мы должны опередить его.

— Кого опередить?!

— Леопарда, Саша. Мы устроим ему засаду. Он придет за своей добычей.

Красовский ошарашенно глядел на друга.

— Ты рехнулся?

— Может быть. Скорей! — Валентин тащил его по улице, оглядываясь по сторонам.

— Да где мы возьмем автомобиль? Сумасшедший!

— Украдем.

— Ты думаешь, что теперь он нападет на Монго?

Саблин только махнул рукой и со всех ног бросился в соседний темный переулок.

Господь милостив к преступникам. И над злыми восходит солнце. Лукавый только подбивает, вводит в соблазн. Чуть что — и Лукавый в кусты, бросает вора-мошенника на произвол судьбы. А Господь — нет. Не бросит. В отчаянье утешит, да еще счастливый случай подарит — радуйся. Раскаянья ждет идеалист Всевышний. Потому и помогает и разбойникам, и фарисеям, и мытарям, и блудникам.

Едва только Лукавый соблазнил пристава угнать автомобиль, как на тебе — счастливый случай! У подъезда Биржевого клуба скучал новенький лаковый «Бенц». Саблин, заметив его, возблагодарил Бога за подарок и ринулся совершать преступление. Красовский подоспел, когда он уже возился в кабине, пытаясь завести мотор.

— Валя, опомнись!

— Садись.

— Ради бога, подумай, что ты делаешь! Это же скандал. А если откроется? Твоя карьера, служба… Слыханное ли дело, чтобы пристав…

— Садись, кому говорю, — прорычал шепотом Саблин, втаскивая Александра в кабину.

Мотор затарахтел, завелся. Автомобиль двинулся неуверенно, этакой хромой рысью, но, почувствовав всеми гайками беспощадные шенкеля — то бишь прибавку газа, — рявкнул и ударился в галоп. Из дверей соседней портерной выскочил шофер в кожаном шлеме и крагах, но его железный Росинант, завывая, уже скрылся за углом.

Прежняя езда была увеселительной прогулкой по сравнению с тем, что пришлось вытерпеть Красовскому в эту ночь. Саблин ехал как бог на душу положит и все на предельной скорости.

— Валя, ты какой раз за рулем? — крикнул адвокат, переводя дух.

— Третий.

— Ты тормозить умеешь? У нас есть хоть один шанс остановиться?

Валентин обернулся. Он улыбался, но лицо его было бледным.

— Сашенька, мы едем в Царское. Больше пока ни о чем меня не спрашивай. Иначе я врежусь.

Автомобиль промчался по пустым улицам окраин, мимо строений железнодорожного разъезда и лихо затормозил у полосатого шлагбаума. Шел пассажирский поезд. Проплывали освещенные окна вагонов, стучали колеса. Впереди свистел паровоз. Саблин склонился к рулю. Смотритель взмахнул флажком. Шлагбаум подняли. «Понятно, — ревниво думал Красовский, — Валькины мозги, как принято изъясняться во французских романах, молнией осенила какая-то догадка. Черт возьми! Почему эта молния не сверкнула в моих мозгах? Кажется, не глупей».