Книга Красный Нарцисс, страница 26 – Елена Леонова

— Что с ним случилось-то?

— Удар по голове тяжёлым предметом, — ответил Саша.

— Эх… м-да. Бедняга. У него вроде была сестра, где-то в другом районе живёт. Давно его не видела, наверное, — предположил Петренко.

Максимова поблагодарила старшину, и, записав адрес сестры Краснова, они с Синицыным покинули отделение и разъехались по домам.

Холод и озноб пробирали до костей, но он словно не чувствовал, впившись взглядом в подъезд, будто хищник, выслеживающий добычу.

Из укрытия в глубине заснеженных кустов он наблюдал за суетой у дома, где толпились сотрудники полиции около машин.

А затем из подъезда вышли двое. Они. Те самые. Молодой парень и женщина — те, кто приезжал на его первое шоу. И вот они снова здесь, пытаются понять его гениальную задумку.

Но… как-то быстро полицейские ищейки собрались уходить. И где же начальство? Он точно знал, что эта парочка — рядовые следователи.

Неужели новое убийство не заинтересовало? Неужели его представление, его жертва — недостаточно значимы?

Злость, холодная и обжигающая, как снег под ногами, начала разъедать изнутри.

Полиция опять не смогла понять его замысел. Или даже не пыталась? Его намеренно игнорируют? Не догадываются, что он хочет им сказать? Не видят, что каждое убийство — это вызов, брошенный в лицо? Тупые ищейки! Сколько ещё надо крови, чтобы они осознали?!

Внутри поднималась ярость, смешанная с отчаянием.

Он так старался, рисковал, планировал, а зрители, ради которых всё это сделано, даже не оценили спектакль?

Ошибся? Они не стоят того, чтобы проливать кровь?

Вопросы терзали его, как голодные волки.

Человек продолжал наблюдать, замёрзший и одинокий, в ожидании ответа, который, возможно, никогда не получит. И в этой ледяной тишине зимней ночи у него созрел новый план.

Квартира родственницы Петра Краснова оказалась противоположностью его жилища. Чисто, уютно, пахло свежестью. Сама сестра, Ирина Краснова, женщина лет сорока, встретила их сдержанно, но вежливо.

— Я чувствовала, что это когда-нибудь случится, — заявила она, когда Максимова сообщила ей о смерти брата. — Пётр совсем опустился. Я пыталась ему помочь, но он не хотел слушать.

Ирина рассказала, что брат был хорошим человеком, пока не начал пить. После смерти жены он сломался и покатился по наклонной. Сестра пыталась его вылечить, устраивала на работу, но бесполезно.

— Последний раз я видела его полгода назад. Он просил денег, я отказала. Объяснила, что не буду его спонсировать. Пётр ушёл злой, обозвал меня… Больше мы не виделись, — закончила она, вытирая слёзы.

Ирина не знала, с кем брат общался в последнее время, но предположила, что это такие же опустившиеся алкоголики, как и он сам.

— Краснов мог с кем-то поссориться? У него были враги? — спросила Максимова.

— Враги? Наверное, да. Он часто влезал в драки, когда пил.

После разговора с сестрой Максимова и Синицын в очередной раз поехали к криминалистам. Новых зацепок не появилось, кроме той, что дала соседка — прилично одетый мужчина, — но искать человека, подходящего под такое описание, было бесполезно. Вся надежда на Шульца.

— И снова здравствуйте, — сказал он, когда следователи появились на пороге лаборатории. — Зачастили вы.