Книга Красный Нарцисс, страница 104 – Елена Леонова

Вспомнив вновь про самолёт, писатель стал собираться. У него есть время всё обдумать и решить. Но сначала надо вернуться домой.

Саблин, стряхнув снег с пальто, вошёл в кабинет полковника Тимофеева.

За окном уже сгущались зимние сумерки, а в комнате царил полумрак.

Илья Ильич сидел за своим массивным столом, освещённый лишь настольной лампой, и смотрелся мрачным. В его сдержанных движениях и суровом взгляде читалось явное недовольство.

— Докладывай, — сухо бросил полковник.

Следователь начал описывать события прошедшего дня, выявленные зацепки, выход на личность преступника, его работу в травмпункте и проживание в дачном посёлке. Он старался говорить чётко и лаконично, без лишних деталей и эмоций.

Полковник слушал молча, лишь изредка кивая. В его взгляде сквозила усталость. Когда Саблин закончил, Илья Ильич поднял голову и посмотрел прямо в глаза майору.

— Похоже, серийник затаился, — произнёс Тимофеев низким и хриплым голосом. — Ты уверен, что смерть Белова — это последняя его жертва?

— С большой долей вероятности.

— А если журналист убит как вынужденная мера, а финальное преступление ещё впереди?

— Не думаю. Белов был первенцем в семье и убит в десять вечера. Всё это есть в последней записке.

— Черт, Лёш! Ничего я не понимаю в этих ваших загадках! То говоришь, что случайное убийство, то с запиской есть связь! Крыша уже едет с этим Нарциссом!

— Прошу прощения, Илья Ильич, но инцидент действительно сложный.

— Это уже всем ясно. Хм. То есть убийства прекратятся?

— Да. На время.

— На время? — недовольно переспросил Илья Ильич. — Затишье перед новой бурей? Он будет выжидать, набираться сил? А потом вновь начнёт убивать?

— Есть такая вероятность, товарищ полковник.

— Связь со Смирновым проверил?

— Да. Зацепок нет.

— Ориентировки по внешности разослали?

— Да.

Тимофеев замолчал, уставившись в окно. Он понимал, что Саблин и его команда сделали всё возможное, но преступник на свободе, и это опасно. Очень. Теперь придётся жить с оглядкой, в ожидании очередного удара, новых убийств.

— Поимка этого маньяка должна стать твоей приоритетной задачей, — наконец изрёк Илья Ильич. — Всегда! Ты слышишь? Всегда! Независимо от других расследований, от текущих дел. Он должен быть на ваших радарах постоянно, ежедневно, ежесекундно!

Саблин кивнул, чувствуя, как тяжесть ответственности ложится на его плечи. Он осознавал, что полковник прав. Этот убийца — бомба замедленного действия, и её нужно обезвредить, прежде чем она вновь взорвётся.

Метель бросила в лицо следователя сотню колючих снежинок, когда он вышел из здания управления полиции.

Встреча с Тимофеевым не принесла ничего, кроме ощущения бессилия. Впервые за годы службы дело осталось нераскрытым. Ни твёрдых зацепок, ни явного мотива, ни даже имени преступника. И Белов… Смерть журналиста особенно давила. Она, можно сказать, была на совести майора. Он проигнорировал его, не выслушал, не придал значения словам. И вот результат. Смерть еще одного невинного человека, а маньяк ускользнул. И всё это после дела «Ордена Янтарной Бездны»! То расследование оказалось непростым и тянулось годами. Но там хотя бы была понятная структура, цели и противостоял Саблину не один человек, а преступная сеть! А здесь — лишь тень догадок, ускользающих сквозь пальцы. Кто этот гений зла? Что им движет? И почему он выбрал именно его, следователя? Хотел доказать его несостоятельность? Продемонстрировать, что все — лишь пешки в чужой игре?