Книга Золотой лабиринт, страница 6 – Елена Леонова

— На подобных мероприятиях все строго, – улыбнулся незнакомец.

Дверь открылась, и на улицу вновь высунулся худощавый мужчина.

— Господин Смирнов, проходите, пожалуйста, – он приоткрыл дверь ровно на столько, чтобы Филипп смог пройти внутрь музея.

— А вы кто?

— Оболенцев, – сказал мужчина, вежливо поклонившись.

Филипп прошел внутрь. Очевидно, Коля внес его в списки приглашенных.

Дверь за ним закрылась, а худощавый мужчина подошел к подоконнику, на котором лежали списки.

— Простите, а куда идти? – спросил Филипп.

— Прямо до лестницы, а там налево, увидите, – быстро проговорил мужчина, ища в списке фамилию посетителя, оставшегося ждать на улице.

Филипп пошел прямо, как ему было указано.

Подойдя к лестнице, он увидел большой освещенный зал слева от нее. Там, вокруг экспонатов, находящихся под стеклом на высоких постаментах, прохаживались посетители выставки. Филипп поспешил в зал.

— Игристое вино? – не успел он войти, как к нему подскочил официант, виртуозно держа поднос с полными бокалами.

— Спасибо, – Филипп взял бокал с подноса. Вино оказалось прохладным и не сладким, и молодой человек с удовольствие его выпил.

Подходя к первому экспонату, Филипп озирался по сторонам, надеясь в толпе увидеть знакомое лицо.

Выставка оказалась большой. Несколько десятков экспонатов из Древней Месопотамии, среди которых были ожерелья из лазуритовых бусин, серебряные амулеты, каменные сосуды и чаши. Внимание Филиппа привлекли глиняные таблички, представляющие наиболее раннюю, среди известных в мире, систем письма – клинопись. Символы казались простыми, расположенные строго друг под другом или рядом, напоминающие пиктограммы.

— Интересуетесь Шумером?

Филипп обернулся, надеясь увидеть Колю.

Рядом стоял мужчина, встретившийся ему на улице.

— Да, в некотором роде, – сказал журналист.

— Позвольте представиться. Оболенцев Яков Владимирович. Можно просто – Яков.

— Очень приятно. Филипп Смирнов.

— Взаимно, – Оболенцев улыбнулся, – Вы знаете, глядя на все эти древние предметы вокруг нас, сложно представить, что ими пользовались более трех тысяч лет назад, и, пролежав столько веков в земле, они сохранили свое очарование и красоту.

— Да, вы правы, – кивнул Филипп.

— Для меня эти предметы имеют куда большую ценность, нежели современные побрякушки. Я смотрю на них и представляю, кому могли принадлежать все эти украшения, кем были их владельцы, как жили, во что верили…

— Они верили в богов, отождествляя их с силами природы. Они боялись подземных обитателей и благоговели перед небесными. Некоторых из них они изображали в виде зверей или птиц, – Филипп задумчиво смотрел на глиняную табличку, – Здесь написано, что человек, который похоронен в гробнице с этой глиняной табличной, поклонялся Уту, «Владыке дня», богу солнца. Далее здесь идет молитва. Очевидно, эта табличка была с усопшим человеком и при жизни. Тут написано, что этот человек благодарит «Владыку дня» за свет, за плодородие земель и здоровье в семье, – Филипп продолжал вглядываться в табличку.

— Чем вы занимаетесь? Я вижу, что вы специалист в этой области, – поинтересовался Оболенцев. Он стоял, облокотившись на изящную трость из слоновой кости.

— Нет, – Филипп улыбнулся и посмотрел на собеседника, – Я всего лишь журналист. Пишу для журнала.