Книга Лисий Омут, страница 113 – Елена Леонова

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь шагами и разговорами сотрудников полиции в других помещениях усадьбы. Опергруппа приступила к обыску и детальному осмотру поместья.

Саблин бросил окурок в банку и достал новую сигарету. Голова перестала болеть, и он почувствовал себя лучше.

— История непростая, но теперь, когда вскрылось участие Лыкова и Тихона Васильева, многое становится понятнее.

Все взгляды тут же обратились к майору. Саблин затянулся сигаретой.

— Я пока не могу говорить со стопроцентной уверенностью, ведь предстоит ещё допрос задержанных, но у меня уже сложилась определённая картина произошедшего, – начал следователь. – Итак. Валентин Можаев прибыл в Вышний Волочёк тринадцатого сентября, больше месяца назад, по приглашению неизвестных заказчиков. Мы с моими коллегами оказались правы, предположив, что Можаев сперва поехал в торговые ряды для встречи с ними, и я почти убеждён: той незнакомкой, снявшей помещение, была Ирма Грекова.

— В парике, – добавил Синицын.

— Ну да, судя по всему. Так вот. В липовом офисе заказчики договорились с Можаевым отправиться в «Лисий омут». Какую конкретно задачу поставили перед инженером, не ясно, но не исключено, его заранее уведомили: усадьба старая и в ней есть скрытые комнаты, которые надо найти. Здесь нет ничего необычного или подозрительного, ведь подобные дома часто имеют потайные ходы.

— Можаев точно знал об этом! – снова перебил майора Синицын. – Он посещал краеведческий музей в Вышнем Волочке и изучал чертежи усадьбы, особенно его интересовала башня.

— Значит, я прав. Продолжим, – Саблин сделал ещё затяжку. – Попав в усадьбу, Можаев, очевидно, сообразил, что работа займёт не один день. Факт его пребывания здесь не вызывает сомнений. Мы нашли его браслет в вещах Кузнецова.

— Браслет? – удивился Карлов.

— Да. Жена инженера говорила о нём. Думала, опознание будет по нему, а не по штифту. Но украшения в момент смерти на Можаеве не было. Он потерял его в усадьбе.

Карлов понимающе закивал.

— Заказчики, вероятно, пообещали Можаеву солидное вознаграждение, и он остался в доме, планируя быстро закончить работу. Так сделали вы с Кузнецовым, – Саблин взглянул на Жукова, сидевшего на полу, скрестив ноги по-турецки, – и я решил, что инженер мог поступить так же.

— Поэтому Можаев и перестал звонить жене. Здесь нет сети́, – сказала Дина. Она отошла в сторону и прислонилась к стене.

— Именно. В этот момент, пятнадцатого сентября, приехав в «Лисий омут», инженер перестал выходить на связь.

— Но разве он не волновался об отсутствии возможности сообщить о себе? – спросил Карлов.

— Первые несколько дней, наверное, не думал о подобном, желая скорее завершить работу. Да и, возможно, Грекова или Вето́шкин уверили, что связались с его супругой. Здесь важный аспект – деньги. Чем быстрее закончишь, тем быстрее заработаешь.

— Можаев целый месяц здесь жил? – Карлов нахмурился. – Тогда должны остаться следы его пребывания, нет? – капитан вопросительно посмотрел на Жукова.

— Не знаю, – покачал тот головой. – Когда мы приехали, ничего на это не указывало.

— Послушайте, ну не будьте наивны, – хмыкнул Саблин. – Замести следы так, чтобы никто не заметил – не так уж и сложно. Берёшь старый мешок из подвала, растрясаешь его по полу, и вот – вековая пыль лежит, как будто так и было.