Книга Палитра счастья, страница 260 – Оксана Сергеева

Он порылся во всей этой куче, что выгреб из шкафа и бросил это дело. Встал перед кроватью с сосредоточенным выражением на лице. Засунул руки глубоко в карманы брюк. Эва наблюдала за ним и поневоле расплылась в улыбке. Наверное, ни один его проект не был таким сложным, как «этот».

— Легче разработать проект тридцатиэтажного здания, чем уложить твои вещи в чемодан, — будто прочитав её мысли, проворчал он. — Эва, а тебе нужно всё это барахло?

— В каком смысле?

— Мы все равно на днях уедем. Купим всё, что нужно потом. Незачем тащить всё это с собой. Скажи мне, что конкретно тебе нужно, — она поражалась его спокойствию. Нечеловеческому спокойствию. И говорил он как-то странно.

Равнодушно?

После такого напора равнодушие? Не укладывалось в голове.

— Мне нужен йогурт, — неожиданно сказала она.

Поймав его вопросительный взгляд, пояснила:

— Мне надо хоть что-то поесть. А судя по той скорости, с какой ты укладываешь мой чемодан… Не хочется умереть с голоду.

Он послушно отправился на кухню и вернулся с йогуртом и ложкой. Снял фольгу с пластиковой баночки и подал ей.

— Держи.

— Спасибо.

Эва решила взять только те вещи, которые она купили с Альфи. Она ела йогурт и изредка указывала ложечкой, на то, что должно обязательно последовать в её чемодан.

— И эту. Эту тоже, — потребовала она, но он откинул розовую кофточку в сторону.

— Нет.

— Ян, эту тоже, — настаивала она.

— Нет, ненавижу розовый цвет, — он упрямо отбросил её подальше.

Эва махнула ложкой и углубилась в поедание йогурта.

Он присел на кровать, смотрел некоторое время, как она ковыряется ложкой и ест; потом снова ковыряется; вздыхает и снова ест.

— Чего? — Эва поймала его взгляд. Смутилась.

Он лишь улыбнулся и покачал головой.

— Поехали. Билли уже ждёт.

Она театрально и трагично вздохнула и сползла с кровати. Как только ноги коснулись пола, её качнуло, и пресловутый йогурт поднялся к горлу. Ян придержал её за руку. Она скривилась и приложила ладонь ко рту. Подождала, пока муть пройдёт. Выдохнула и поправила платье. Хотя его нужно было не поправить, а переодеть. Оно совершенно помялось. В ванной у зеркала, Эва смогла оценить свой потрёпанный вид. Умывшись, почувствовала себя гораздо лучше, но не настолько, чтобы радоваться жизни. Скорее только для того, чтобы таскать ноги по этой бренной земле. И вообще она чувствовала себя как на волнах: плывёшь по течению и никакого сопротивления. Среди груды вещей, она отрыла джинсы. Долго выбирала кофточку. В итоге остановилась на рубашке. Снова вернулась в ванную и переоделась. Казалось на это ушли все силы, она присела, чувствуя, как дрожат колени. Двигаться не хотелось вообще. Это чёрное платье она тоже сунула в чемодан.

Ян уже напялил пальто и молча стоял в ожидании. Сейчас в своём обычном состоянии: спокойный, уравновешенный, даже чуть-чуть отрешённый.

Потом Эва вспомнила, что не забрала из ванной свои тюбики с кремами и вернулась. Не известно, как скоро она найдёт силы шарить по магазинам в поисках кремов и шампуней. Поэтому все свои баночки она скинула в пакет и сунула туда же — в чемодан.

Она была не в том состоянии, чтобы испытывать какие-либо угрызения совести. Но признавала, что оставлять после себя такой беспорядок крайне невежливо. Она убрала оставшиеся и теперь ненужные ей вещи в шкаф.