Книга Райская птичка, страница 146 – Оксана Сергеева

Взять себя в руки. Надо взять себя в руки.

Она сделала себе чай с мятой. Чтобы успокоиться. Не особо сильное средство, но поможет унять ледяную дрожь.

Сомкнув холодные пальцы вокруг чашки, она остановилась у окна и сделала несколько маленьких глотков. Немного успокоившись, сбросила с плеч жакет. Аккуратно повесила его на плечики в шкаф. Задержала взгляд у зеркала. Посмотрела на время, села в кресло и положила телефон перед собой.

Тим не заставил себя долго ждать. Она не заставляла его ждать тоже. Как только телефон завибрировал, она ответила.

Поднялась со своего места и решительно вышла из кабинета.

Эту историю нужно закончить без шрама на сердце и дальнейших мелодрам.

Она спустилась на первый этаж и воспользовалась боковым выходом. Отсюда до места, где ждал её Тим идти дольше, но она намеренно выбрала этот путь, чтобы выкроить несколько дополнительных минут для того, чтобы окончательно прийти в себя. С каждым шагом она становилась всё безразличнее. Ситуация обезличивалась и оставались лишь слепая ярость и гнев.

В пёстром ряду машин она без труда отыскала авто Тима. Не мешкая, направилась прямо к нему. Много времени тратить на него – преступление. Она собиралась за две минуты высказать всё то, что о нём думает.

Он не вышел из машины, потянулся и открыл ей дверь. Она задумалась всего на несколько секунд, а потом села в салон.

Наивно надеясь на приветственный поцелуй, Тим потянулся к ней. Она оттолкнула его так сильно, что он опешил и на мгновение потерял дар речи.

Противно ощущать его прикосновения. Противно даже сидеть с ним рядом. Этого недолгого ступора вполне хватило, чтобы сказать ему то, для чего она пришла. Энджел настроилась так, что внутри всё закаменело, застыло. В голове не было ничего, кроме нескольких предложений, которые она собралась выдать ему при встрече.

— Ты – моральный урод! Ты – ничтожество! – говорила она громко. Чётко расставляя акценты. Навряд ли он смог бы вставить хоть слово. Оно бы утонуло в пучине ярости, было поглощено гневом и разбито решимостью. – Я ненавижу тебя! Ненавижу всё, что с тобой связано. Ненавижу то время, которое мы были вместе. Я презираю тебя всей душой! Мне противно даже сидеть рядом с тобой, находиться в одном помещении. – Тим смотрел на неё угрюмо, сузившимися глазами, которые стали недобро поблёскивать с того самого момента, как Энджел сказала первую неблаговидную реплику в его адрес. – Что тебе ещё сказать, чтобы отстал от меня навсегда? Что тебе не ясно?

Он сидел к ней в пол-оборота, держа одну руку на руле. Вторая лежала у него на колене. Внутренне Энджел почувствовала, что надо уходить. От него пошла волна негатива и опасности. Если он заблокирует дверь и ударит по газам, то она не успеет даже выскочить из машины.

Эта мысль ещё не успела раствориться в воздухе, как она поспешила выполнить задуманное.

Он оказался проворнее и схватил её за руку. Сжал запястье и дёрнул её на себя. Этот поступок и боль, что она испытала при этом, так возмутили Энджел, что силы её утроились. Она сумела вырваться, хотя хватка Тима была далеко не слабой.

Выскочив из машины, она бросилась в офис, но для этого ей нужно было обогнуть авто, что она и попыталась сделать. Естественно, Тим не остановился и не позволил ей уйти. Он кинулся за ней. Снова схватил её за руку и прижал к машине, не заботясь о том, что она может запачкать платье.