Книга Единица безумия, страница 64 – Оксана Сергеева

— Что ты болтаешь! – воскликнула она и чуть не обожглась, наливая чай.

— Никогда не думал, что, для того чтобы переспать с тобой, мне нужно будет на тебе жениться, – он все-таки вернулся к теме, которой она старалась избегать.

Женя села за стол и принялась размешивать сахар в чашке. Головная боль окончательно отпустила, и аппетит проснулся.

— Ты переспал со мной не потому, что женился, а потому что я была пьяна практически в стельку. И вообще я мало что помню.

— Зато я прекрасно помню все твои три оргазма.

Погодина вздохнула и покраснела.

— Слушай, у меня и вещей-то нет. Собирать нечего. Все в коммуналке осталось.

— Не проблема. Постепенно купим все, что тебе нужно.

Они позавтракали, потом прошлись по магазинам, приобрели Женьке кое-что из одежды, а после обеда поехали к отцу. Домработница показала им, где они могут расположиться. В их распоряжении оказалось целое крыло. Огромная спальня со своей ванной комнатой, с собственной гостиной и открытой террасой. И даже библиотека имелась. Оставив жену разглядывать апартаменты, Андрей спустился вниз. Хотел поговорить с Кавериным наедине, пока ждал отца.

— Ты извини за вчерашнее.

Марк лишь внимательно глянул на него и ничего не сказал. Бросил на обеденный стол паспорта Андрея и Жени на новую фамилию.

— Я перегнул, – добавил Андрей, развернул паспорт и уставился в незнакомое и знакомое «Рысь».

Теперь он Рысь. Рысь Андрей Викторович. Ладно уж, чего душой кривить. Он не раз примерял себе фамилию отца, Рысем быть не так уж плохо.

— Считаешь, меня и правда волнует, что ты обо мне думаешь? – Это был не вопрос, разумеется.

— Допустим, нет. Но меня волнует, как будут выстраиваться наши отношения. – Андрей убрал документы во внутренний карман пиджака.

— Можешь об этом не беспокоиться. Я в любом случае буду выполнять свою работу так, как должен. Твои слова или твое мнение обо мне не могут что-то изменить внутри меня.

— Но? – уточнил Андрей, чувствуя, что за этим следует продолжение.

— Но я буду считать тебя безмозглым недо-мажором.

— Даже так, – хмыкнул Андрей.

— Угу, – кивнул Каверин. – Если ты пойдешь к отцу и скажешь, что я тебя не устраиваю, и меня уволят, в чем я глубоко сомневаюсь, я уйду. Без вопросов. Дело не в деньгах, а в том человек ты или нет.

— Не в деньгах, думаешь? Все на свете продается и все покупается.

— Если ты шлюха, то да. Честно, заочно я был о тебе другого мнения, но вчера ты меня разочаровал.

— Мне тоже плевать, что думает обо мне каждый первый встречный поперечный.

— Тогда зачем извинялся?

Андрей угрюмо замолчал.

— Понимаю, как тебе хреново, – усмехнулся Марк.

— Не понимаешь.

— Понимаю. Некоторые жизненные ситуации мне тоже давались со скрипом. Но это пройдет.

— Это не моя жизнь.

— Теперь твоя, и тебе придется с этим смириться. Чем быстрее, тем лучше.

— Мне даже поговорить об этом не с кем. Я как будто…

— В тюрьме?

— Что-то типа этого. Всегда говорил, что не свяжусь с отцом. По крайней мере мой единственный друг об этом знает. А теперь я тут. И мне хочется это как-то объяснить… что я не продался, это не из-за денег, но я не могу. Иначе нужно сказать обо всем.

— Нельзя.

— Я знаю. И меня это бесит.

— Если он твой настоящий друг, то что-то объяснять ему не понадобится. Что надо, он и сам поймет.