Книга Узел, страница 35 – Оксана Сергеева

— Нет, конечно. Можно я вам отчет на почту кину? Посмотрите? Вы же все равно…

— Что все равно? Все равно дома одна, и мне нечем заняться на выходных?

— Я не это имел в виду… — смущается Бурков.

— Коля, ты подслушивал?

— Я не собирался. Просто вы особо и не скрывались.

— Считаешь, что, кроме Филиппа, у меня не может быть других мужчин?

— Нет, Анастасия Владимировна, я уверен, вокруг вас полно мужчин. Вон, — кивает на цветы, — один Панкратов чего стоит.

Я снова вздыхаю. Тяжко это все. Мне нужно не просто поужинать с ним. Мне надо сообщить, что его старания тщетны и я не отвечу ему взаимностью.

— И еще этот… второй… Никита? — осторожно называет имя. — Вы с ним по-другому разговариваете.

— Как именно?

— Ну… — мнется Коля. — У вас всегда голос меняется. Мягкий, что ли, становится.

— Ясно, — усмехаюсь я. — Работай, Коля. Мне в понедельник эти бумажки министру нести. Только попробуй налажать, я с тебя три шкуры спущу, а потом отдам на воспитание какой-нибудь злой тётеньке.

— Не надо меня никому отдавать. Я хочу работать только с вами.

— Это почему же? — заинтересованно смотрю на своего помощника. — Говори правду. Я разрешаю. Но только правду, полуправда ничего не стоит.

— Вы очень умны.

— Да чего уж там, Коленька, скажи сразу, что я гениальна.

— Ага. У вас можно многому научиться. А еще вы добрая и понимающая…

— Бурков, — смеюсь, — лесть, конечно, всегда приятна, особенно начальнику. Но надо уметь льстить тонко. Я регулярно деру тебя как Сидорову козу, ты частенько засиживаешься допоздна, выполняя мои поручения. Сейчас я иду в ресторан отдыхать, а ты будешь полночи ковыряться с отчетом. Я добрая?

— А еще мне нравится, что вас все боятся.

— Не все.

— Не все, но те, кто у вас в подчинении.

— Вот и поддерживай мой авторитет, не позорь отдел.

— Само собой, Анастасия Владимировна.

Эх, Коля, Коля…

Это все бабское воспитание. Без отца рос Колька, с мамой и бабушкой.

Я регулярно деру Буркова как Сидорову козу именно потому, что его можно чему-то научить. Был бы он безнадежный дебил, давно бы уже выпнула из отдела. А так, пусть трудится, у него есть все шансы вырасти хорошим спецом.

Голова раскалывается, в глазах будто песок насыпан. Одно радует: на улице тепло и сухо, можно не застегивать пальто и не бояться застудить ноги в туфлях.

— На, — ставлю на стол питьевой йогурт. — Съешь, а то испортится. Купила в обед, но так и не выпила. Не тащить же домой. Чтобы не вздумал мне тут с голоду умереть.

— Анастасия Владимировна, — довольно улыбается Николай и лезет в нижний ящик стола. — Возьмите таблеточку от головы. Вечер. Пятница. Вам надо быть в форме… мало ли…

— Ну ты и хам, Коленька, — выдавливаю таблетку из блистера, Бурков тем временем кидается за стаканом воды.

— Выглядите — отпад.

— Вот этого я у тебя не спрашивала. — Делаю пару глотков и выхожу из кабинета. — Цветы забери, жене подаришь!

— Хорошо, Анастасия Владимировна. Веселого вечера!

— Не забудь карточку из букета вынуть!

Вечер будет веселым, уже чувствую.

Выезжая с парковки, звоню Леднёву.

— Ник, я сегодня без обеда и ужасно голодна. Если придешь первым, закажи мне что-нибудь тоже, как раз приеду. Иначе съем тебя.

Никита смеется и обещает стейк с кровью.

Второй… Он первый, Коленька! Леднёв всегда первый!