Книга Узел, страница 24 – Оксана Сергеева

На соседском балконе снова разрывается собака. Мастифф практически бьется в падучей и бросается на окна.

Расстрелять бы… соседей!

Не лай раздражает — жалко псину. Она не виновата, что ее заперли. Опять одна, опять закрыта. Именно по этой причине не имею ни кошки, ни собаки. Животное с ума сойдет от одиночества.

Заслышав без четверти семь телефонный звонок, уверенно накидываю пальто на плечи.

Но звонит не Филипп. Звонит Никита.

До сих пор непривычно, что он снова появился в моей жизни. До сих пор вздрагиваю от его звонка, даже от своих мыслей о нем — вздрагиваю. И каждый раз мне требуется сделать над собой усилие, чтобы голос звучал спокойно.

— Поехали кофе пить, — сразу предлагает он.

— Когда?

— Сейчас.

— Сейчас? Ник, я не могу. А ты где? Ты внизу?

— Еще нет, но скоро буду.

Открываю рот, собираясь возмутиться, но мозг уже успевает сгенерировать кучу вариантов, как развернуть Филиппа.

— Хорошо, — вздыхаю и набираю номер своего любовника. — Ты где? — интересуюсь в первую очередь. Не хочу, чтобы Филя столкнулся с Леднёвым. Не из-за страха быть застуканной, так сказать, на месте преступления или боязни, что придется оправдываться.

— Настя, не теряй меня, я опоздаю. Неотложное дело тут внезапно появилось… — начинает Филипп расстроенным голосом.

— Можешь не торопиться.

— Через час постараюсь…

— Филипп, я же говорю: можешь не торопиться. Решай свои дела спокойно. У меня тоже планы поменялись. Мы не сможем сегодня поужинать.

— Как поменялись?

— Вот так.

— То есть?

— Мне нужно встретиться с одним человеком, я не знаю, когда освобожусь, поэтому не хочу напрягать ни себя, ни тебя. Увидимся завтра.

— Настя, что опять произошло? — злится Филипп, но я не даю ему высказаться до конца.

— Ты так возмущаешься, будто это происходит в первый раз. С тобой тоже такое случалось, и я не разыгрывала обиженную девочку! И так весь день через жопу! Давай не будем усугублять. Или думаешь, я так и задумывала: вот сейчас договорюсь с Филиппом, а потом возьму и пошлю его.

Он молчит, и некоторое время я слышу в трубке только его дыхание. У меня не было цели обидеть, это был контраргумент, дабы прервать возмущения.

Прецедент уже был, так что устраивать сцены и в чем-то обвинять меня бесполезно.

Впрочем, это бесполезно в любом случае.

— Если это по поводу прав, то так сразу и сказала бы.

— Нет, я встретила свою первую любовь и теперь сломя голову несусь к нему на свидание!

— Ладно, перестань, — остывая, одергивает меня Филипп.

— Такой ответ тебя устраивает?

— Ну, прости, прости…

— Ссориться — глупо, и ты это знаешь. Оно того не стоит.

— Конечно, — соглашается он, заканчивая разговор спокойным тоном.

Я стягиваю с себя платье и переодеваюсь в удобную одежду — джинсы, легкий свитер. Достаю куртку и ботинки на плоском ходу.

Мы с Леднёвым сегодня уже разговаривали. Сама в обед ему звонила. Жаловалась, что у меня забрали права и теперь я, как лох, до суда с временным разрешением. Он надо мной поржал, да и я над собой тоже — надо же так вляпаться. Получилось все странно, просто недоразумение какое-то. У нас же любят то разметку новую нарисовать, то знаки понатыкать, которых отродясь до этого не было. Я не просила у Никиты помощи, просто поинтересовалась, какие у меня варианты выйти из ситуации без потерь.