Онлайн книга «Агония»
|
— Мамуля… — Света ответно прижалась к матери и поцеловала ее в щеку. — Когда ты так говоришь, мне хочется плакать… — Все! — всплеснула Ангелина Дмитриевна руками. — Что я такое говорю! Все, это старость. Сижу тут всякий бред собираю, мы же не за этим собрались. Я хочу все узнать о девушке моего сына. О девушке, которая свела его с ума, о девушке, на которой он собрался жениться! Да-да, мне мой сын все рассказал! — Твоему сыну уже отказали. — Как это? Почему? В ответ на предостерегающий взгляд Регины Светка рассмеялась: — Да ладно! Расскажи, давай поржем! Чарушина глотнула вина и улыбнулась, вспоминая тот день, вернее, ту ночь: — Я не думала, что тогда он сказал это серьезно… — Ой, я с нее не могу, — захохотала сестра Вадима. — Реня у нас такая деликатная, так аккуратно разговаривает… Да скажи ты прямо! — Был не очень удобный момент… — Мама, он приперся к ней среди ночи пьяный! — Что, прям вот так? — выдохнула мать. — Да, так все и было. — Ой, балбес. И ни цветочка? — Господи, какие цветочки… Пришел, ушел. Я потом полночи переживала, как он домой добрался. — Ой, балбес. Я бы тоже отказала. Вот ничего нормально сделать не может… У нас с его отцом все как-то по-другому было. Цветы, ухаживания… мы постоянно куда-то ходили… то в кино, то в театр. — Ага, мам, а Вадя у нас к театру прям такой горячей любовью пылает с самого детства. — Не рассказывали тебе эту историю? — вздохнула Ангелина Дмитриевна. — Про театр? Нет, а что? — засмеялась Регина. — Да ничего! Мама же детей воспитывала, хотела, чтобы они выросли образованными и культурными людьми. Билеты в театр покупала, ни одного фестиваля не пропускала. Когда сама с ними пойду, когда отца отправлю… или водитель их отвезет, если нам некогда… Потом мама думает, что деточки спектакль смотрят, а Вадька билеты перекупам загонит и гулять. — Я представляю, — засмеялась Регина, легко поверив, что так оно на самом деле и было. — Нет, дорогая, ты этого не представляешь. Вот, что с таким ребенком делать! Что! Глава 19 Рейман После нашего разговора я не находил себе места. Почти двое суток не спал, а потом пригласил Регину в свой загородный дом, и у нее не нашлось ни одного способа отказаться от приглашения. Электрошокер — самый лучший довод. Сама виновата, не нужно было меня злить. Зато сейчас она тихая. Послушная. Смирно лежит на диване. Там, куда я ее положил некоторое время назад. В той же позе, в какой я ее уложил. Сейчас она похожа на Снежную Королеву. Нет, она олицетворение самой зимы. Белое, сливающееся по цвету с меховым пледом, лицо. Синюшные губы. Белые джинсы, светло-серый свитер. Во всем холодная безмятежность. Ну, вот… кажется, очнулась… — Ты так долго не приходила в себя, что я начал волноваться. В ответ молчание. Только глаза цвета моря широко открыты и смотрят на меня с непонятным выражением. То ли страх в них, то ли ужас, то ли боль… Как меня это бесит! Я же не монстр! Зачем на меня так смотреть?! — Скажи что-нибудь, — прошу пока спокойно и возвращаюсь к своему занятию: продолжаю молоточком для отбивания мяса разбивать ее сотовый. Вернее, превращать в пыль то, что от него осталось. Не хочу, чтобы нам кто-то мешал. — Какой ты заботливый… аж дурно от такой заботы, — шепчет Регина, зажмурившись. Она не кричит, не пытается звать на помощь, не угрожает мне. Не просит снять с рук нейлоновую стяжку. Не знаю, хорошо это или плохо, что Регина не сопротивляется. Но знаю точно: мне не нравится ее пассивность. Это не интересно. Прошлый раз она кричала и даже умудрилась меня ударить. |