Книга Неблизкие, страница 26 – Элла Савицкая

Мне надо закончить с ним до завтра.

Уже отворачиваюсь обратно к ноуту, когда Лиза задумчиво окликает:

— Макс… тут вроде должны были стоять цветы. Где они?

Блин. Я надеялся, уже не вспомнит.

— В мусорке.

— Как это? Почему? — слышу, как разворачивается и топает ко мне.

Начинаю активно печатать.

— Завяли.

— В смысле завяли? Они же свежие были.

— Мне откуда знать? Херовые цветы тебе значит дарят.

— Максим! Ты же поставил их в воду!

Ну-у-у. Почти.

— Ага. Не помогло, как видишь.

Лиза останавливается рядом, а я перевожу на неё взгляд, продолжая делать вид, что печатаю.

На лбу у нее пролегла хмурая складка, кончики губ грустно опустились.

— Жаль. Они хоть красивые были?

Нет. Хочется сказать мне, потому что нехер таскать домой веники от других мужиков.

Почему меня это триггерит? По сути, мне должно быть всё равно. Я согласился на то, что Лиза поживет у меня, и не должен обращать внимание на то, что она уезжает с каким — то Сережей, а приезжает с цветами. Может, это вообще её парень, а её мамаша, помешанная на воспитании, не разрешила ей у него остановиться.

Что я могу сказать? Зря. Потому что мне — таки не всё равно. Лиза меня зацепила. Сильно. И цветы именно по этой причине там, где должны были находиться еще вчера.

— Обычные. Букет, как букет, — выдаю немного другую версию.

— Понятно. Жаль.

Разворачивается, и уходит. Я же, проводив поникшую стесняшку взглядом, зажмуриваюсь и тру кулаками глаза.

Башка привычно гудит.

Надо бы энергетиком закинуться.

Встаю, беру из холодильника банку и возвращаюсь на место. Открыв, делаю несколько глотков и снова принимаюсь за код. Заказчик поставил четкий срок — два дня.

Я выкладываюсь по полной. Хотя если честно, в последнее время загнался. Надо бы отдохнуть, да где деньги потом брать? Один раз откажу, два, и все. Ищи потом клиентов днем с огнем.

Зажмуриваюсь, еще раз надавив на глаза пальцами. Ощущение будто в них песка насыпали. Может у Лизы капли ее попросить?

Пока закапываюсь снова в код, во входную дверь раздается четыре характерных стука.

— Заходи, — кричу, зная, что Дан и так уже вошел.

Это наша с ним фишка — стучать шифром. Мы живём в одном подъезде и частенько захаживаем друг к другу. Двери по этой причине не закрываем, если находимся дома.

— Здоров, — звучит сзади.

У меня на экране вылезает ошибка, и я просто вскидываю руку в знак приветствия, концентрируясь на ней, и стараясь не сбить часть готового кода.

— Здоров. Пять сек.

— Хоть десять. У тебя есть чем закинуться? Желудок сейчас завоет.

— Ага. В холодильнике.

— Ок. Я руки тогда помою.

На задворках сознания ловлю его реплику, продолжая печатать, и только спустя долю секунды меня подрывает.

— Стой, — рявкаю, вскакивая со стула, как раз, когда он открывает дверь ванной.

— Воу, — ловит шок, пока я перелетаю зал в несколько шагов, и захлопываю ее перед его носом.

— Быстро почистил память и стер нафиг с жесткого диска информацию.

— Нихуя се. А это кто? — его глаза загораются восторженным блеском, игнорируя все то, что я сказал.

Если он видел тоже самое, что и я, когда вошел к Лизе…

За грудиной неожиданно ошпаривает. Так же как и вчера, когда она пришла со своим веником.

Пальцы сами собой складываются в кулаки.

— Сестра моя. Сводная. И если она узнает, что ты ее видел, она… расстроится. А расстраивать ее не нужно. Окей?