Книга Его другая, страница 87 – Элла Савицкая

— Ну как дела? Я видела уже стену построили, молодцы! Мариам накормила вас?

— Да. Они с Олей пахлаву испекли.

— С Олей? — женщина изумленно округляет глаза, возвращая своё чрезмерное внимание ко мне.

Ох, лучше бы он не говорил. Так и слышу её язвительное «А что так? Ты же доказывала, что готовить уметь не обязательно!». Но, конечно, она этого не произносит, потому что её сын стоит рядом.

— Да. Мариам учила меня, — выдавливаю из себя через силу. — Но мне уже пора идти. До свиданья.

Протискиваюсь мимо неё, надеясь, что она всё же ничего не видела.

— Я провожу, — слышу за спиной.

И хоть в коридоре мы с Давидом одни, пока я одеваюсь и обуваюсь, а я всё равно чувствую напряжение, доносящееся из кухни. Кажется, словно этот человек может смотреть сквозь стены, поэтому максимум на что я решаюсь, это перед выходом коротко взглянуть на Давида. Он в свою очередь, тянется для того, чтобы открыть дверь, подмигивает и успевает сжать мои пальцы перед тем, как я выскакиваю на улицу.

Жуть. Меня в прямом смысле морозит.

На крыльце сталкиваюсь с Демьяном и Мариам. Она тупит взгляд, а он держится немного подальше. Вероятно, её мать уже успела испортить настроение и им.

Попрощавшись, я отправляюсь домой. Покупаю батон в магазине, и неторопливо бреду по улице. Погода сегодня замечательная. Весна давно разбудила природу. На деревьях колышутся от легкого ветра салатовые листья, сквозь которые пробирается оранжевый свет почти закатившегося за горизонт солнца. Даже воздух такой, что его хочется вдыхать глубже, заражаясь теплом.

Около подъезда достаю ключи из сумки, открываю дверь, собираясь зайти внутрь, как её вдруг ловит крупная мужская рука.

От неожиданности ойкаю и отскакиваю. Тот, кому она принадлежит высокомерно скалиться.

— Испугалась, малышка?

Меня передергивает всю, потому что я узнаю его. Гена, кажется так, его называл папа, обсматривает меня склизким взглядом, останавливаясь на неглубоком декольте майки. Тут же запахиваю куртку, вызывая у него еще более неприятную улыбку.

— Не испугалась. Просто неожиданно.

Я видела его несколько раз с отцом. Они неподалеку от дома сидели за столиком и пили. Дома у нас он с того самого раза не появлялся.

— Ну и правильно. Я тебя не обижу, — протягивает руку и пытается взять локон моих волос, но я отступаю.

— Что Вам нужно?

От неприязни и брезгливости воротит. Нет, он не выглядит бомжом, или что-то в этом роде. Пугает сам факт того, что он беспросветно пьет, и ещё смотрит на меня, как на что-то, чего ему очень хочется.

— Скажи бате, что я жду его внизу. Телефон свой в ремонт отдал, не могу ему позвонить. А к Вам меня с некоторых пор не приглашают.

Мне кажется, или его тон звучит обвинительно?

— Ладно.

— Спасибо, — а потом достаёт из кармана шоколадку и протягивает мне, — а это тебе.

Кошусь на шоколад, отрицательно мотая головой.

— Не нужно. Я не ем.

— На диете что ли?

— Да.

Пусть будет так.

— Да ну. Ты вон какая ладная вся, худая, куколка настоящая. От одной шоколадки не потолстеешь. А мне приятно будет.

Меня передёргивает. Стараясь, не выдать настоящих эмоций, улыбаюсь и уверенно шагаю к двери.

— Спасибо, съешьте сами!

Не знаю кого благодарить — провидение или соседку с третьего этажа, которая как раз в этот момент выходит из подъезда, но я прошмыгиваю внутрь, успев при этом и с ней поздороваться и буркнуть «До свидания» этому отвратительному человеку.