Книга Его другая, страница 58 – Элла Савицкая

Это что значит? Мариам в курсе? Но Оля сказала, что она ей ничего не рассказывала.

— Не подпускали? А у самой у неё нет рук, чтобы научиться? Сейчас масса сайтов, где можно найти рецепты.

— Дело не в этом!

— Что здесь случилось? — на пороге вырастает отец и сердито осматривает нас всех, — Почему я слышу повышенные тона?

— Эти дети рехнулись. Набросились на меня из-за какой-то девчонки! — мама спешно подходит к нему, а я впервые испытываю к ней настолько негативные чувства.

— Пап, мама обидела Олю. Пристыдила её за то, что она не умеет готовить.

Глаза матери наполняются яростным блеском, потому что Мариам посмела вступиться за подругу.

— Пап, можно взять твою машину? — внутри бушует нечто черное, чему я не могу найти описание, но точно знаю, что оставить сейчас Олю после того, что ей пришлось здесь услышать не могу.

Нужно бы. Правильно было бы оставить всё, как есть, но эти слова про Ани… Мама как будто знала, куда бить и намеренно целилась именно туда.

— Бери. Только объясни мне что происходит.

— Мари объяснит.

Прохожу мимо него и сдергиваю с вешалки куртку.

— Давид, ты куда? — спешит за мной мать.

— Исправлять ошибки.

Обуваю ботинки и выхожу за дверь. Знаю, что поступаю отвратительно. Нас не воспитывают так, чтобы игнорировать собственных родителей, но я впервые делаю это.

Открываю ворота и даже толком не прогрев машину, выезжаю за них. За это время Оля уже успела почти дойти до остановки. Я узнаю её спину, обтянутую пуховиком и светлые волосы, распущенные по плечам.

Девчонка торопится к подъехавшему автобусу. Втапливаю педаль газа сильнее и сигналю ей. Давай же, обернись. Не слышит. Сигналю ещё несколько раз. Теперь уже оборачиваются все на остановке. Оля как раз заносит ногу над ступенькой в автобус, когда наконец поворачивает голову и видит меня.

Ещё один сигнал. Пристраиваюсь за автобусом и машу ей рукой.

— Сюда иди! — говорю одними губами.

На то, чтобы решиться у неё уходит несколько секунд. Народ начинает её подталкивать выше, но она таки отходит от дверей и направляется ко мне. Пока идет, поправляет шапку и одергивает куртку. Она всегда так делает зачем-то. Не раз замечал, когда мы Мариам в школу отвозили, или когда я забирал их на машине с танцев.

Тянусь и толкаю ей пассажирскую дверь. Обычно Оля ездит сзади, но сейчас явно не тот случай.

Пара мгновений и девчонка оказывается внутри. Выглядит растерянной.

Усаживается удобнее и на руки свои смотрит.

— Будешь меня отчитывать? — в нерешительности поднимает на меня зеленые глаза.

Такие глубокие и грустные, что меня торкает.

— Да.

— Понятно. Я знаю, что не должна была говорить всего этого. Но …

— Ты не должна была убегать.

— Что? — теряется, теперь уже смотря на меня совсем иначе.

— Если ты начала доказывать свою точку зрения, то и уходи с гордостью, а не бросайся к двери, как будто ты в чем-то виновата.

Оля моргает пару раз, а я смотрю на неё и в груди давит. Так сильно, что и дыхнуть с трудом получается. Сегодня на её губах нет той ядреной красной помады, прямо как тогда, в тот вечер, когда я забрал её из дома. Ресницы тронуты тушью, а глаза подведены тонкими черными линиями подводки. Снова потекшей в уголках. Значит, таки расплакалась.

— Зачем ты поехал за мной? — неожиданно меняет тему, не отведя от меня глаз.