Книга Запрет, страница 41 – Элла Савицкая

Моя мама бы их тем для разговора не поддержала. Просто не смогла бы, потому что мы как ни крути, ниже по уровню жизни.

А я хочу быть выше. Хочу быть достойным Дашки. И подарить ей подарок, который она от меня точно не ожидает.

Мы как—то гуляли, и она увидела в витрине магазина небольшой рюкзак. Стоит он столько, что я даже не поверил сначала, что это цена. Но она была в восторге. Еще минут десять лепетала о том, какой он красивый, белый, с крошечными бабочками на замках.

И если бы я дальше работал через день, то возможно, смог бы подарить ей его.

Но теперь… мать будет следить, однозначно. А я не хочу её расстраивать.

Придется выходить по выходным.

Проблема в том, что этих денег все равно не хватит и на рюкзак я теперь вряд ли насобираю.

— А эта сколько стоит?

Указываю на серебряную цепочку во втором ряду.

Продавец нехотя озвучивает цену.

Я вписываюсь в неё, но продолжаю сканировать витрину взглядом. Хочу выбрать цепочку, которая подойдёт Даше.

С особенным плетением.

И, когда добираюсь до самого дальнего ряда, нахожу такую. Даже рефлекторно подаюсь вперед, едва цепляюсь за неё взглядом.

Цепочка аккуратная, тонкая. У неё необычное плетение – будто крохотные крылья бабочки, переплетённые в узор. Изящная, аккуратная, без вычурного блеска. Такая, какая подойдёт именно Даше. Ненавязчивая, но особенная. Я подобных и не видел раньше.

Главное, чтобы вписался по деньгам.

— А эта? – стучу пальцем по стеклу, указывая на ту самую.

Продавщица фыркает:

— Слушай, парень, если ты ради интереса спрашиваешь, то не трать моё время. Видно же, что денег у тебя нет.

Поднимаю глаза и смотрю на неё в упор. С вызовом. В неровно подведенных черной подводкой глазах читаю пренебрежение и превосходство. Мне не привыкать. Как только отца посадили, в нашу с матерью стороны такие взгляды летят постоянно.

Будто мы с ней ничто, два пустых места.

— Так сколько стоит? – повторяю вопрос сквозь зубы. – Или мне деньги в другой ювелирке потратить?

Стиснув тонкие, накрашенные ярко розовой помадой губы, продавщица называет цену.

Прикидываю по моим финансам.

Хватает. Отлично.

И даже на небольшой кулон еще хватит.

— Беру. Только пока не упаковывайте, я еще кулон посмотрю.

Под прицелом любопытного взгляда отхожу к стойке с разнообразными подвесками. Здесь и вычурные крупные с разноцветными камнями, и еще какие—то мерзко броские, которые Дашке точно никаким образом не подойдут. Это вот для таких тёток, как продавщица в самый раз.

Даше же нужно что—то нежное и тонкое, такое как она сама.

Обвожу взглядом их все и натыкаюсь на бабочку. С маленькими изогнутыми крыльями.

Обалдеть какую красивую.

Она будто реальная, пойманная в момент полета. На поверхности едва заметная матовая гравировка, как настоящая пыльца. А в центре – крошечная вставка. Что—то блестит. Камень? Стекляшка? Без разницы.

Мои губы растягиваются в довольной улыбке. Вот же. Она идеально подходит к цепочке. Как будто под неё и делали.

— Сколько стоит эта бабочка? – в нетерпении скашиваю взгляд на продавщицу.

— Это ручная работа. Итальянское серебро, ажур, с фианитом, – выдаёт по слогам, как будто я тугодогоняющий.

— И? – дергаю бровью.

От озвученной цены обалдеваю.

— За бабочку? Она летает что ли?

— Летает—не летает, а работа тонкая. Бери попроще, если не тянешь.