Книга Запрет, страница 39 – Элла Савицкая

Просто этот ужин для меня абсолютно не важен. Ну собираются родители, и что с того?

— Да ладно, что тут такого—то? – хмыкает Слава. – Это же родоки придумали, а не мы за его спиной, правда?

Так и есть. Но мне все—равно отчего—то не по себе.

— Ма, ты дома?

— Да. У меня к тебе разговор, – голос звучит непривычно строго.

А это значит только одно…

Мысленно выругавшись, скидываю обувь и иду на кухню.

— Привет, – мимолётом оцениваю её напряжённый вид.

Руки скрещены на груди, взгляд – колючий, глаза мечут молнии. Ну всё. Точно спалили.

— А я тебе кое-что принёс, – бодро, почти с наигранным энтузиазмом, достаю из сумки кусок вырезки. – Смотри, что мне подогнали на рынке. Только приготовить нужно сегодня.

Мамин взгляд скользит по мясу и становится ещё более жёстким.

— Подогнали, значит? – пристально смотрит мне в глаза. – Зачем ты мне врёшь, Руслан?

— С чего ты взяла?

— Звонила Елизавета Сергеевна. Сказала, что ты появляешься в школе через день. Это как понимать?

Блин… Вот же коза.

— Руслан, а ну—ка дыхни!

Мать резко подходит ко мне и чуть ли не упирается носом в лицо.

— Ты о чем, ма? – резко дергаю головой, отстраняясь назад. – Думаешь, я бухаю?

— Я не знаю, что думать! – почти срывается. Не унюхав того, чего, видимо, ожидала, отходит и нервно запускает руку в волосы. Несколько раз проходит туда—сюда по кухне.

— Почему ты прогуливаешь, сын? Руслан, скажи мне, как есть. Ты попал в неприятности? Связался с кем—то? Господи, я уже чего только себе не надумала… Учитель говорит, что за две недели школы ты был там всего пять раз! Это как вообще понимать? И это мясо… откуда оно?

— Ма, успокойся, – пытаюсь сбить её накрученный тон. – Никуда я не вляпался. Я… работаю.

— Что ты делаешь?

— Работаю.

— Где? – удивлённо моргает.

— На рынке. Помогаю грузчикам. Ящики таскаю.

— Господи, – она медленно опускается на стул, смотрит на меня широко раскрытыми глазами. – Дожили. Мой сын вместо школы таскает ящики… Зачем? Из—за отца?

— Нет.

— Да как же нет, если да? Ох, кошмар какой, – сделав свои выводы, отчаянно роняет лицо в ладони. Голос вздрагивает. – Руслан, милый, ты не должен этого делать. Отец справляется… пусть, не очень хорошо, но я ведь тоже есть. Мы не голодаем. Зачем вот это? – Она берёт мясо, а через секунду кидает обратно на стол.

— Ма, мясом меня угостили, это правда.

Тут не вру. За помощь мяснику мне подогнали кусок шеи. Завтра его продать он уже не сможет, а выкидывать еще довольно неплохое мясо жалко. Я вообще привык, что там народ друг друга подкармливает. Кто маслом с молоком, кто яйцами, а кто вот мясом. Работать на рынке выгодно. Меня там еще в прошлом году подкармливали, но тогда я мало кого знал, и давали в основном по мелочи. Домой нечего было принести.

Мама, конечно, не в курсе, что я там верчусь еще с прошлого года. На карманные же должен хоть как—то собирать. Отец еле на проживание зарабатывает, мамины уходят на другие траты. Летом вот только перерыв делал. Думал, ударюсь реально в учебу, подтяну всё, что могу, но обстоятельства складываются явно не в сторону гранита науки.

— Так, сын, – вытерев выступившие слезы, мама решительно протягивает руки и накрывает мои, – я категорически против твоей работы. Слышишь? Против!

— Ма…

— Выслушай! Подрабатывать – это хорошо. Я горжусь, что ты не бездельничаешь. Но делать это вместо школы я тебе запрещаю. Запрещаю!