Книга Выбор богов. Книга 3, страница 65 – Анна Сешт

К лагерю вылезла ещё одна тварь, чуть поменьше первой. Рэмеи невольно удивилась, что несмотря на размеры, эти существа двигались гораздо тише, чем крупные звери – словно принадлежали этим чащобам, были едины с лесом. Впереди приглушённо шуршало и трещало – кто-то из чудовищ полз за следопытами, на звук рога. Сколько же их было здесь?!

Запоздало пришла мысль, что ветви располагались слишком низко. Тварь, наверное, могла бы дотянуться, если постарается… И как сражаться с ними? Раз эльфийские воины предпочли спрятаться, а не принять бой – значит, отбиться было нелегко. А, возможно, Кирдаллан и его отряд руководствовался какими-то иными мотивами. Вдруг эти твари были священны, как сам лес?

«Нужно будет спросить у принца… если выживем…» – подумала рэмеи, наблюдая за неспешными передвижениями существ по поляне, моля Богов, чтобы твари уже ушли, забрали с собой этот парализующий ужас. Неудивительно, что все звери попрятались!

Второе существо заинтересовалась брошенными пожитками, принюхивалось. Первое тем временем сунулось ближе к огню, отпрянуло, издав тихое жутковатое бормотание. Боялись ли они пламени, как звери? Не для того ли Кирдаллан велел оставить последний костёр? На крайний случай… потому что если огонь перекинется на лес – для эльфов это станет не просто кощунством, а настоящей трагедией.

Мысли текли вяло, нехотя, как при тяжёлом недуге. От неестественного страха тело сковало тошнотворной слабостью. Если придёт нужда сражаться, Иарит не знала, сможет ли вообще поднять меч, или просто беспомощно застынет, не в силах даже сбежать. А ведь она была далеко не робкого десятка. Да и эльфов тру́сами не назовёшь. Но этот страх распространялся словно болезнь, подчиняя себе плоть, понемногу лишая разум способности мыслить трезво.

Твари всё вздыхали, переползали с места на место. Одна из них облюбовала дерево, на котором прятались два лучника, обнюхала корни и застыла, медленно крутя слепой головой, прислушиваясь.

— Кто-нибудь… – прозвучало жалобно и отчётливо – откуда-то изнутри горбатой туши.

Один из лучников не выдержал – вскрикнул и выпустил стрелу. Чудовище глухо многоголосо забормотало, определив направление стрелы и возгласа. Эльфы полезли выше, уже не заботясь о тишине.

Иарит прижала ладонь к губам, не зная, что делать.

Тварь не пыталась взобраться на дерево – распрямилась, став чуть выше, взмахнула тяжёлыми длинными лапами, ударяя по ветвям. Снова раздался звон охотничьего рога. Вторая туша встрепенулась, ухнула, поползла на звук. Но первая даже не повернулась – продолжала молотить по стволу и ветвям, до которых дотягивалась. Она нашла добычу и не собиралась отступать.

Стрелявший, вскрикнув, сорвался, попытался перекатиться и вскочить. Раздалось чавканье, напоминавшее звук, с которым выдёргиваешь ногу из болотистой почвы. Тварь даже не схватила – стремительно наползла на эльфа, заглушила его душераздирающий крик.

Едва осознавая, что делает, Иарит издала боевой клич и прыгнула, метя мечом в горб. Клинок вошёл легко – словно в ворох листьев. Чудовище выгнулось с тем же тихим бормотанием, затряслось, сбрасывая с себя женщину. Иарит больно ударилась спиной о землю, попыталась отползти, но тело не слушалось, точно парализованное чужой волей. Тварь нависла над ней, обдав смрадом гниющих растений.