Онлайн книга «Буря на горизонте»
|
— То, о чём ты говоришь, просто невероятно… – восхищённо покачал головой Минкерру и вздохнул. – И совершенно невозможно. — Но это правда! – воскликнул Перкау. – Клянусь моим посвящением, это правда! — Для тебя – правда. Ты искренне веришь в это. Но твой рассказ сам по себе лишь подтверждает мои опасения… – Минкерру грустно улыбнулся. – Если всё обстоит так, как ты рассказал мне… нить жизни царевича прервалась даже прежде, чем вы доставили его в храм. Ты говоришь, что вы вернули его, и это тоже, скорее всего, правда… Вот только каким? — Живым… конечно же, живым! – воскликнул Перкау. – Наследник жил с нами бок о бок, трудился с нами в садах, принимал пищу с нами за одним столом… – «любил нашу жрицу…» – добавил он мысленно. – Ты полагаешь, мудрейший, что никто из нас не увидел бы, не осознал, что рядом с нами – мертвец? Нет, я не могу в это поверить! Минкерру не ответил и не стал спорить, только внимательно смотрел на него. — Нет… – выдохнул бальзамировщик. – Нет, такого просто не может быть… — Но ты ведь сам знаешь ответ, Перкау. Ты знаешь, где лежат пределы нашего искусства. В ходе этого разговора ты не раз назвал то, что совершила твоя ученица Тэра, невозможным. Так и есть. Оживить Хэфера Эмхет, да хранят его Боги, было уже невозможно, – тихо, печально проговорил Первый из бальзамировщиков. – Но возможно оказалось вернуть его на Берег Живых… и удержать здесь. Твоя ученица Тэра – его дыхание на Берегу Живых. С какой бы целью вы ни совершили то, что совершили, – подумай, скольких сил… скольких лет это будет стоить ей. Перкау не знал, что сказать. Не в силах поверить и осознать, он раз за разом повторял в памяти полученные от Божества в ходе медитаций и ритуалов знаки, вспоминал, каким был Хэфер. О том, что царевич призвал на помощь Сатеха, он рассказать Минкерру не мог, не смел. Но посвящение в пустыне и не было самым страшным… Если Богам было угодно сохранить царевича, чтобы тот сумел совершить возмездие, могли ли Они в самом деле допустить… осквернение? Разве мог он так ошибаться? Разве могли все они так жестоко ошибаться?! В тот миг Перкау испытал настоящий глубинный ужас, потому что более не знал, в чём была истина. — Есть ещё одна нить, удерживающая наследника с нами, – шелестящий голос вкрался в его сознание, возвращая к действительности. – Проклятие Ваэссира. Павах из рода Мерха… раскаявшийся предатель. Этот воин прибыл с приказом Императора восстановить справедливость, но не смог растерзать забальзамированное тело своего бывшего собрата по оружию – верного Хэферу Сенахта. Перкау помнил его, да – помнил молодого мужчину, ровесника Хэфера, – исхудавшего воина, в теле которого почти не осталось былой силы, с измученным и загнанным взглядом потускневших зелёных глаз. Часть его хвоста была обрублена, рога – повреждены. Солдаты шептались, что его пытали эльфы. А на плече его сидела чужая смерть… и потому он дряхлел, несмотря на молодость своего тела… — У Тэры в запасе осталось ещё немного времени… но сколько, мне неведомо, – добавил Минкерру. – Для того, чтобы понять, мне нужно увидеть их обоих – так же, как я вижу перед собой тебя сейчас. Перкау… — Довольно этих разговоров. Голос, прервавший Верховного Жреца, прорезавший полумрак за его спиной сияющим лезвием, просто не мог принадлежать смертному. Минкерру не обернулся, лишь низко склонил голову. Не в силах ни пошевелиться, ни даже вздохнуть Перкау изумлённо смотрел, как из темноты вышел… сам Ваэссир Эмхет. Лицо его было точно таким, как на храмовых статуях, – прекрасным, дышащим древней мудростью и Силой. Но в пылающих золотых глазах плескался сдерживаемый гнев. Звучание голоса заставляло содрогнуться, вызывало отчаянное желание скрыться, преклониться, только бы не испытывать на себе нестерпимое блистательное и разящее великолепие этой Силы. Да и какой рэмеи в здравом уме хотел бы стать врагом божественному Владыке?! |