Онлайн книга «Наследники Императора»
|
Сегодня Сатех снова спас его и вместо того, чтобы позволить сжечь его тело заживо, перенёс в это тайное святилище. Но Колдун никак не мог проникнуть в Его замысел. Зачем жрецам Собачьего Бога понадобился жезл Владыки Первородного Огня? Владеть такими жезлами, оживлять их могли лишь служители Сатеха, благословлённые Его могуществом. По каким-то причинам артефакт был нужен бальзамировщикам настолько, что они подняли мёртвого сына Владыки и отправили его на инициацию. Но самое удивительное – этому посвящению Великий позволил состояться! То, что когда-то звалось Хэфером Эмхет, испугало мага, хоть он и не спешил в этом признаваться даже себе самому. Во взгляде мёртвого царевича он увидел отражение Силы своего Бога, что, конечно же, было невозможно. Да, мёртвое тело способно выдержать больше, чем живое, – маг когда-то и сам почти умертвил своё, чтобы высокие ступени посвящения стали ему доступны. Но разве мог Сатех вдохнуть часть себя в форму, поддерживаемую Ануи?! Поистине, неисповедимы пути Богов… У мага было много вопросов. О многом он должен был доложить царице Амахисат. Но прежде ему следовало позаботиться о собственной смертной форме, пока она не сгнила заживо или не истекла кровью – неизвестно, что случится быстрее. Царица могла и подождать. Изнывая от боли и слабости, маг полушагом-полуползком всё же добрался до алтаря и возжёг ритуальные огни. Даже больше боли, чем проклятие жрицы и раны от её ритуального кинжала и от клыков священного пса, принёс ему удар жезлом Сатехова пламени. Упав на колени, Колдун истово читал воззвания. Сатех откликнулся ему. Довольно быстро маг услышал Его благословенную поступь, почувствовал объятие Его Силы. Колдун искренне упивался присутствием своего Бога, которого ему так не хватало на земном плане бытия. А потом он увидел в пламени огненные очи своего единственного господина и уже не сомневался. Услышав не ухом, но сердцем вожделенный вкрадчивый шёпот, приказывавший ему совершить то, что до́лжно, маг погрузил руку в огонь… Пронзительный крик огласил святилище, более древнее, чем все храмы Апет-Сут. Проклятие Ануи и благословенное пламя Сатеха боролись, грозя разрушить хрупкую смертную оболочку. Кара была заслуженной. Владыка Каэмит не стал исцелять своего жреца до конца, хотя и даровал ему невероятную милость. Рана на плече начала затягиваться. Рваные следы клыков священного зверя застыли глубокими шрамами, точно вырезанные в камне иероглифы, и уже никакой магией было не стереть эти памятные знаки. Алтарное пламя без следа выжгло тлен и остановило распад плоти. Но оно выжгло и кисть почти до кости – теперь она едва двигалась. Ритуал забрал последние песчинки его сил, и от боли маг наконец погрузился в спасительное забытьё. ⁂ Перкау ждал новостей с восходом солнца и до рассвета не находил себе места. Когда забрезжили первые лучи Ладьи Амна, он поспешил к статуям шакалов, обозначавшим границу храмовой территории. Ему не пришлось вглядываться в барханы долго. Вскоре далеко впереди показалась хрупкая знакомая фигура… одна. С ней не было ни пса, ни мужчины. Сердце жреца оборвалось. Он устремился навстречу своей ученице и заключил её в объятия. Тэра замерла, ничего не говоря и не двигаясь, а потом вдруг разрыдалась, уткнувшись ему в грудь, шепча что-то бессвязное. Перкау никогда не видел её в таком отчаянии и испугался даже, что она обезумела от увиденного. Кто знал, что явил этой ночью Сатех в Своих владениях и что ей довелось испытать там? |