Книга Наследники Императора, страница 209 – Анна Сешт

— Сатех… – чуть слышно проговорила жрица. – Ты ищешь встречи с Сатехом, тогда как Ануи изменил твоё тело?

«Каждое живое существо и каждое Божество трепещет пред Тобой, когда раздаются раскаты Твоего грома в небе…»

— Ты уверен? – переспросила она.

«Один Твой шаг, один удар Твоего копья приносит погибель врагам бытия, безликим и не знающим имён.

Ты лишаешь их силы. Ладья Амна сможет продолжать свой путь в мире…»

— Уверен я был бы, когда б возвращался в Апет-Сут со взводом верных мне воинов, – сухо ответил Хэфер. – А пока… я осознаю опасность, поверь.

«Пусть Твой могущественный лик будет милостив ко мне…»

Отрывки гимна вспыхивали в его сознании огненными росчерками. Говорить с ней об этом, о грядущем ритуале, о своих тревогах он просто не мог.

Хэфер вернулся к очищению меча, хотя лезвие уже и так блестело, как зеркало. Это занятие умиротворяло его. Он был рад приходу жрицы, но вместе с тем и сердился на неё за внезапное исчезновение. Уж сколько всего он успел передумать в эти дни, не имея возможности объясниться! Её игра была ему совсем не по душе.

Услышав её неуверенные шаги позади, царевич напрягся в ожидании.

— Пожалуйста, закрой глаза, – тихо попросила жрица.

Хэфер вздохнул и подчинился, опуская меч на колени и сжимая рукоять. Девушка подошла к нему и некоторое время просто стояла за спиной. Под её взглядом ему не было неуютно. Его чудесная целительница по-прежнему вызывала в нём абсолютное, безусловное доверие. А когда её родные руки легли ему на плечи, остатки гнева истаяли бесследно, уступая место сладостной неутолимой жажде и тоске.

«Она пришла попрощаться», – мысленно напомнил он сам себе, отрезвляя разум.

— Если ты действительно пойдёшь в пустыню, чтобы провести ритуал, я пойду за тобой, – прошептала она совсем близко – так, что Хэфер чувствовал кожей её дыхание. – Я буду рядом, насколько позволено, на случай беды. Отвести гнев Сатеха мне не по силам, но если кто-то попытается напасть, застав тебя врасплох…

Его сердце пропустило пару ударов. Не веря себе, он сильнее сжал рукоять клинка, чтобы удержаться от искушения коснуться её в ответ.

— Я не могу обещать, что в песках всегда смогу держать тебя за спиной, – мягко заметил царевич и опустил голову, прижавшись щекой к её руке.

Она не отстранилась – осталась рядом и даже как будто прильнула к нему теснее.

— Я положусь на то, что ночь ритуала призыва будет темна, – шепнула жрица – кажется, с улыбкой. – Когда мы покидаем храм?

— В первую ночь Сезона Жары.

— Хорошо.

— Ты не боишься идти со мной в охотничьи угодья Сатеха… и при этом боишься выйти на свет передо мной. Неужели я страшнее Владыки Каэмит? – Хэфер тихо рассмеялся, стараясь не двигаться, чтобы не спугнуть её ненароком.

— Встретить твой взгляд и своё отражение в нём страшно, да, хоть и по-своему желанно.

— Какой подвиг я должен совершить, чтобы ты доверилась мне?

— Просто исполни свой долг… и останься жив, мой царевич.

— Тебе известно моё имя.

— Я не смею произносить его даже наедине с самой собой с тех пор, как перестала читать исцеляющие молитвы.

— Сегодня, когда ты прощаешься со мной… или не прощаешься?.. я бы хотел, чтобы ты позвала меня по имени. Твоё ведь мне вряд ли будет позволено узнать.

Он почувствовал, как дрогнули её руки. И всё же жрица не отняла ладони.