Книга Точка Бифуркации #11, страница 73 – Дейлор Смит

— Положи ему ладонь на грудь. Чуть ниже шеи, — произнёс Лев Платонович, обратившись к Максиму. — Затем сосредоточься, а дальше уже сам почувствуешь. Не противься, — на этих словах артефактор на мгновение замер, а затем, будто что-то вспомнив, спешно добавил: — Забыл уточнить: они оба являются адептами одной стихии?

— Всё верно, Лев Платонович, — тут же заверил я артефактора, будучи прекрасно осведомлённым о нюансах этого ритуала.

— Вы все будете висеть на дыбах за это! — прохрипел Виктор, услышав детали нашего разговора и тут же дёрнувшись в попытке упасть на пол. Похоже, парень быстро догадался, что именно здесь сейчас происходит. — Это незаконно! Это казнь для каждого из вас!

Дар применять не пришлось — княжич был плотно зафиксирован ремнями, ввиду чего ритуал можно было совершенно спокойно продолжать.

Когда Максим положил руку на грудь Наумова, что-то очень быстро стало меняться. Воздух внезапно стал плотным, будто его пропитало энергией. А руны по периметру круга в какой-то момент коротко вспыхнули, после чего остались гореть едва заметным светом. В тот момент, любой кто был более-менее чувствителен к эманациям энергетических структур, а себя к таковым я скромно всё же относил, мог ощутить, как магическая энергия в окружающем нас пространстве стала завихряться и метаться по внутреннему контуру изображённого на полу круга.

Первый всплеск энергии разошёлся вокруг будто волна. Максим резко вдохнул, его пальцы дрогнули, но он не убрал руку. Виктор издал сдавленный хрип, его тело выгнулось дугой. Мне казалось, что я слышу, как что-то щёлкает, будто невидимые цепи рвутся одна за другой.

«Если бы не эти дурацкие ограничения, я бы сам сел на место друга» — мелькнуло у меня в голове. Чувствовалось как постепенно подкрадывается страх, но я не позволял ему взять верх. Всё должно сработать. Всё просто обязано сработать.

Свет внутри круга стал меняться. Линии рунических символов странно замигали, создавая иллюзию вращения. Зрелище со стороны казалось почти гипнотизирующим.

— Держись, Максим! — воскликнул я, перекрывая крик Наумова. — Ты справишься!

Товарищ закричал, его лицо исказилось от боли, но он продолжал держать руку перед собой. Виктор, напротив, затих, его дыхание стало прерывистым. Я заметил, как его кожа начала менять цвет, становясь почти мраморной. Казалось, что магия забирает из него всё живое.

Помощники Льва Платоновича метались между мониторами и датчиками, отслеживая жизненные показатели Максима и Виктора. Сергей время от времени бросал тревожные взгляды на приборы, но молчал, очевидно, не желая отвлекать.

Завихрения магии внутри круга усиливались. Я стоял, сжав кулаки и наблюдая за тем, как энергия соединяет их судьбы. Это было больше, чем просто ритуал. Это было испытание для нас всех.

Внезапно раздался треск. Свет в комнате мигнул, а затем вспыхнул с ослепительной яркостью. Всё замерло. Максим бессильно опустил руку, его голова свесилась. Я подошёл ближе, глядя на него.

— Закончилось, — едва слышно произнёс я. — Надо бы его к лекарю…

Товарищ, уставший и тяжело дышавший, поднял на меня взгляд и натянуто улыбнулся. Из носа шла кровь, но против всего этого, парень, не переставая улыбаться, кивнул, а затем неожиданно потерял сознание.

— Сергей? — бросил я взгляд в сторону учёных, зависших над мониторами, и одновременно проверил пульс другу.