Книга Немое Заклинание, страница 52 – Дейлор Смит, Николай Иванников

Я тронул Снежку, и мы направились к левому краю площади, к той самой улочке, на которую указал мальчонка.

— Так что ж ты мне голову морочил, подлец мелкий⁈

— Так ты, дядь, первый начал! Я ж не думал, что ты русский. Ты ж с принцессой из самого Цербста приехал, а там на немецком языке все хорошо говорят. Вот я и решил, что ты просто блаженный какой-нибудь.

— Сам ты блаженный! — немного обиделся я на мальчонку. — А Цербст твой хваленый, между прочим, когда-то русским городом был, Серпском. Это потом уже он в Цербст превратился.

— Правда, что ли? — не поверил мальчишка.

— Вот-те крест! — побожился я.

Мальчишка прищурился.

— А ты ведь не соврал, дядь, ­– заметил он. — Крестишься как мои дед с бабкой с того берега — справа налево, а не как здесь принято — слева направо… А зачем тебе «Грюне Циге» понадобилась? Давай лучше я тебя за два гульдена в «Шёне Эльза» провожу — там пироги вкусные и выпивка подешевле.

— Даже так! — усмехнулся Кристоф, который ехал бок о бок с нами с слышал весь разговор. — Два гульдена — хорошие деньги! А матушку твою как зовут? Не Эльза случаем? А может быть Лиза?

— Дядь, а как ты догадался? — удивился мальчишка.

Я вздохнул.

— Как твое имя, киндер?

— Никлас.

— Коленька, значит, — покивал я. — Так вот, Коленька: нам не нужно в «Шёне Эльза», даже если там самые вкусные пироги в мире, а шнапс и вовсе наливают бесплатно. Нам нужно в «Грюне Циге», понимаешь?

Коленька понимал. Оставшийся путь он не пытался с нами торговаться и в основном молчал. Я лишь спросил у него о рыжем человеке по имени Ван-дер-Флит, но Коленька только развел руками. Ни о ком таком он не слышал, да и вообще по заведениям не ходил, поскольку был еще мал и денег на это не имел.

Мальчишка не обманул: в самом конце извилистой улочки, названия которой я так и не смог выговорить, действительно находился двухэтажный дом из серого камня. Над входом на ржавых цепях висела широкая мореная доска, на которой было вырезано готическим шрифтом: «Grüne Ziege», а сбоку нарисована веселая козья рожица. Когда-то она была выкрашена в зеленый цвет, но время и дожди сделали свое дело, и краска смылась, оставив после себя лишь слегка зеленоватые пятна на козьей морде.

Я все так же за шиворот спустил Коленьку-Никласа с лошади и вручил ему обещанный гульден.

— Гуляй, парень! Да смотри тортов не обкушайся, а то плохо станет…

Привязав своих лошадей у входа, мы вошли в таверну. Было здесь пусто, но это и не удивляло, учитывая, что большая часть горожан только что находилась на площади, а затем отправилась вслед за кортежем Великого князя.

Бросив свои шляпы с печатками прямо на стол, мы с Кристофом уселись за него и стали ждать, пока в зале кто-нибудь объявится. За высокой стойкой располагались стеллажи с пивными и винными бочонками, а промеж их притаился широкий проход, закрытый плотной занавеской. Наверняка там находилась кухня и другие подсобные помещения, но меня смущало, что оттуда не доносится ни звука. Не было слышно ни звона посуды, ни шипения масла, ни писклявых голосов поварят. И только я подумал, что никакой еды мы можем здесь и не дождаться, как за спиной у нас послышался низкий хрипловатый голос:

— Чем могу вам помочь, господа?

То, что сказано это было по-русски, я сразу и не сообразил, и обернулся, не совсем понимая, как сказавший это мог столь незаметно оказаться позади нас.