Книга Кровавая ассамблея, страница 70 – Дейлор Смит, Николай Иванников

— Вас понял, барыня! — заверил ее Силантий. — Сию минуту все будет!

Чего у дворецкого было не отнять, так это его способность выполнять приказания быстро и в точности. Уже через несколько минут перед Катериной стоял серебряный поднос, на котором лежали два столовых ножа, один нож для разделки мяса и стоял полный графин с водкой. И еще по собственной инициативе дворецкий притащил второй графин с теплой водой и стопку чистых салфеток.

Взяв нож, Катерина поддела сорочку снизу и быстро разрезала ее до самого ворота. Распахнула, оголив волосатую грудь князя. Кровь медленно сочилась из раны несколькими струйками, затекая ему под спину. Большой серебряный крест на шее Афанасия Ивановича был смят ударом пистолетной пули, а сама она торчала промеж раздробленных ребер, почти проникнув в тело. Снаружи был виден лишь самый ее краешек.

Катерина приложила ножи рукоятками друг к другу, выдернула из своей дорогущей шляпки ленту и плотно примотала ножи друг к другу. Затянула ленту на несколько узлов. За ней все наблюдали с огромным интересом.

— Это пинцет, — пояснила она, видя, что я смотрю на нее с удивлением. — Нам лектор рассказывал, что однажды в походе ему пришлось такой изготавливать, чтобы сделать срочную операцию. Я потом такой же делала, чтобы мясо на огне переворачивать. Правда, вместо ножей у меня были вилки…

Она снова присела над князем, смочила водкой салфетку, протерла ножи, свои руки, а затем и грудь князя. Салфетка сразу же напиталась кровью.

— Тебя как зовут? — спросила она у Вяземского.

— Петр, — отозвался тот.

— Петь, свети пониже, вот сюда… — она указала на рану. — Я попробую вытащить пулю.

Склонившись над телом, она зацепила пулю своим пинцетом и дернула, но лезвия соскользнули, чакнув друг о друга. Катерина ругнулась, да так смачно, что у Вяземского дугой выгнулись брови, и он уважительно покивал.

Катерина снова сунула лезвия ножей в рану, ухватилась за пулю и пошевелила ее. Князь Бахметьев застонал.

— Потерпи, миленький, — проговорила Катерина, сильнее сжав ножи. — Сейчас все получится…

Она извлекла пулю из раны и бросила ее на поднос. Князь издал короткий стон и сразу же обмяк, почувствовав облегчение. Катерина смочила в водке новую салфетку, обтерла вокруг раны. Следующую салфетку она сложила вчетверо, уложила ее поверх раны и прижала ладошкой.

— Нужно перевязать, — сообщила она. — Да потуже… Силантий! Срочно неси простыни, их нужно распустить на полосы вот такой ширины… — Она показала дворецкому ладонь. — И захвати покрывало покрепче — перенесем князя в дом. Достаточно ему уже лежать на холодной земле.

Все ее указания были выполнены незамедлительно. Вскоре князь был перевязан, уложен на толстый ковер и очень бережно перенесен в дом.

— Я побуду с раненным, — сказала мне Катерина, видя, что я не собираюсь отправляться вместе со всеми в особняк. — Мне нужно прочистить рану, там еще остались осколки костей. И дать ему что-нибудь обезболивающего… Ты останешься здесь?

Я кивнул:

— Мне нужно осмотреться и опросить свидетелей, если таковые найдутся. Как освобожусь, я тебя найду.

На этом нам пришлось расстаться.

Толпа на поляне быстро рассеялась. Часть гостей отправилась следом за князем в дом, другие расселись под шатрами, чтобы обсудить произошедшее под водочку и холодную закуску, а третьи отправились по домам, справедливо рассудив, что все развлечения на сегодня закончены.