Книга Часовой: Владыка Севера, страница 40 – Максим Шторм, Дейлор Смит

Негромким кашляньем Твардовский привлёк к себе внимание. Я встретился с очень серьёзными и светящимися магией глазами волшебника. Полностью погрузившись в себя, будто поглощённый собственными мыслями, Михаил чуть заметно кивнул. Понятно. С помощью волшебства мой друг прозондировал ответы Ланского и даёт понять, что не обнаружил в его словах лжи. Или же, по крайней мере, Афанасий сам верит в то, что говорит.

— Я никогда не хотел идти в армию и становиться военным, — вдруг с тоской произнёс Ланской. — Пришлось идти по семейным стопам. Отец был капитаном боевого крейсера в городском флоте… Я же всегда хотел другой жизни. К демонам все это! Орден Часовых, этот опостылевший корабль, службу!..

Я смотрел на этого вконец запутавшегося, давно предавшего сослуживцев, своих друзей и корпус Тринадцатой Стражи, человека. И понимал, как в данной ситуации должен поступить. Вздохнув, я повернулся к выходу. Твардовский, отклеившись от стенки, последовал за мной.

— Что меня ждёт, Бестужев? — с отчаянной бравадой спросил Ланской. — Привязанная к корме доска и шаг в пустоту? Или будете возить меня как куль с мукой всю дорогу, пока, если у вас все выгорит, не вернетесь в Лютоград? Народу нужны показные казни предателей. Они воодушевляют.

— Много чести, — буркнул я, окончательно все решив. — По-хорошему тебя бы следовало высадить в Верхней Пуще и запереть под замок в сарае. И подождать, пока не восстановят силы некие восемь человек, которых ты даже не знаешь. Свести вас вместе. И объяснить им, что ты из себя представляешь. И тогда даже я не знаю, чтобы они с тобой сделали. Но, боюсь, на это у нас совершенно нет времени. Поэтому твой путь закончится по-другому.

И оставив Ланского, обескураженно скаля зубы, смотреть нам вслед, мы с Михаилом вышли в коридор. Я плотно прикрыл дверь, защекнул щеколду и обратился к преданно уставившимся на меня морякам:

— Парни, стерегите изменника, как государственную казну. Он только что превратился в ещё одно доказательство. Дурак, думает, что мы станем его убивать. Живой он гораздо ценнее. Нет ничего проще, чем выбросить его за борт. Но он еще раз скажет то, что нужно. Позже.

И, вернувшись с Твардовским в мою каюту, где хранились запротоколированные бумаги допроса изменников и магические шары со звуковыми записями, я, убедившись, что дверь надёжно закрыта, негромко сказал превратившемуся в слух Твардовскому:

— Миша, пока еще есть немного времени, ты должен кое-что сделать. Понадобятся все твои магические умения. Весь твой дар. Ты должен попытаться… Даже не так… Ты просто обязан это сделать. Хоть тресни. Применяй всю магию, на какую способен, но докажи, что ты чародей экстра-класса не хуже Рогволда.

— Что от меня требуется?

Я объяснил. На миг задумавшись, корабельный чародей «Икара» Михаил Твардовский уверено заявил:

— Хорошо, Алексей. Я сделаю это. Все получится.

Я дружески сжал его костлявое плечо. Отлично. Большего на данный момент и не требовалось.

Глава десятая.

— Ты уверен, что имел все необходимые полномочия официально назначить Махорина новым капитаном «Икара»?

— Уверен, — безапелляционно отрезал я, уже в который раз отвечая на вопрос Михаила. — Так что это твой новый непосредственный командир. Люби и жалуй. И подчиняться теперь, находясь на борту судна, будешь ему. Или думаешь, что Кречет станет возражать?